:: Айгуль Омарова. ПАМЯТИ ПОЭТА

Просмотров: 6,564 Рейтинг: 4.5

Не стало поэтессы Назикен Алпамыскызы. И это – ощутимая потеря для казахской литературы.

О Назикен Алпамыскызы я впервые услышала от Герольда Карловича Бельгера. Он сетовал на то, что в безбрежном море казахской литературы есть поэты, которых не ценят по достоинству. И назвал имя Назикен Алпамыскызы.

А позже довелось, и познакомиться с самой Назикен Алпамыскызы. Было это на дне рождения Герольда Карловича где-то в 2007-2008 году. И с тех пор мы каждый год в октябре стали встречаться на дне рождения Гереке вплоть до кончины писателя. Зачастую за столом звучали стихи, которые Назикен Алпамыскызы посвящала Герольду Бельгеру.

Было интересно наблюдать за отношениями двух писателей. Герольд Карлович, как человек, в совершенстве владевший тремя языками – родным немецким и казахским, русским, переводивший на эти языки немало литературных произведений, умел отличать настоящую поэзию. И потому ценно то, что он писал о стихах Назикен Алпамыскызы.

«Для определения её поэзии я бы употребил такие слова-ориентиры, как нежность, аристократизм, диалектика души и жизнелюбие. Особенно следует подчеркнуть новизну версификационной техники Назикен. Даже в традиционный казахский одиннадцатисложник она вводит вполне органически свежие элементы, как бы экспериментирует, разнообразя каноническую структуру казахского стихосложения. У неё по форме одно стихотворение не похоже на другое. И в этом я вижу немалые достоинства, а также неимоверные трудности в переложении ее поэзии на другие языки. Настоящему поэту всегда сложно адекватно прозвучать на ином языке», - писал Герольд Бельгер. И продолжал: «Понятно: не все стихи – поэзия. Эту непреложную истину особенно строго внушал соплеменникам Абай. Увы, ныне мне кажется, казахская поэзия сильно разжижена и засорена. Стихов много и поэтов избыток, а поэзии негусто. Очень многие ныне просто сорят словами и гремят погремушками. Назикен – исключение. Она до щепетильности бережно и требовательно относится к слову, тщательно оттачивает мысль, избегает банальности, проходных строк, затертых выражений, прибегает к усложненным метафорам, неожиданным сравнениям и философским ассоциациям. К сожалению, мне трудно проиллюстрировать сказанное примерами на русском языке. Потому что я не припомню русских переводов ее стихов. И думаю по очевидной причине: стихи ее крайне трудно ложатся на русский язык, а скорее всего и вовсе непереводимы. А это признак их национальной самобытности, подлинности, первородности. Хорошо и легко переводится на все языки только халтура».

Когда один большой писатель так отзывается о творчестве другого писателя это дорогого стоит. И Герольд Карлович предугадал, что поэзию Назикен Алпамыскызы всё-таки признают. В последние два года её стихи выходили в  сборниках казахской поэзии, выпущенных за границей. И это радовало  Назикен Алпамыскызы, о чём она рассказывала вдове Герольда Карловича  Раисе Закировне.

Интересно, что в поэзию Назикен Алпамыскызы пришла довольно поздно. Путь доктора экономических наук в литературу вовсе не был усыпан розами, скорее, шипами. Тем удивительнее, что её всё же оценили современники. И свидетельством тому звание лауреата международной премии имени Жамбыла, лауреата международной премии «Алаш», лауреата Государственной премии. А в родном Жамбылском районе она стала почётным гражданином.

Высокого роста, статная, красивая. Весь облик Назикен Алпамыскызы олицетворял то, что увидел в её поэзии Герольд Бельгер – аристократизм, нежность и одухотворённость. Годы не были властны над ней. Помню, что увидев её в первый раз, отметила и эту стать, и манеру поведения, которые завораживали. Немыслимо было к ней обратиться «апай» - настолько весь её облик исключал такое фамильярное обращение.

… И вот теперь не стало Назикен Алпамыскызы – человека, без которого казахская литература обесценится, потому что это был человек высокого духа и поэзии.

                               ххх

Кто верит – не знает обмана,

Так люди давно говорят.

Хоть полон огня и тумана

Их путь – не затмится их взгляд.

В душе их, от веры цветущей,

Сиянье, презревшее смерть.

Пройдут они райские кущи

И адских котлов круговерть.

 И душу, и лик человека

Они сохранят в том пути.

Средняя: 4.5 (4 оценок)