:: Зубейда Давлетъярова. ЖЕРТВЫ В ПОЛЬЗУ АБЛЯЗОВА: ОТКРОВЕНИЯ ЖЕНЫ АРЕСТОВАННОГО БЛОГЕРА

Просмотров: 873 Рейтинг: 0.0

Очередное подтверждение тезиса, что Мухтар Аблязов думает только о себе и своем варианте вселенской мести властям Казахстана, было получено на минувшей неделе, когда супруга сторонника Аблязова, блогера Марата Тунгишбаева, экстрадированного в Казахстан из Бишкека, обратилась к журналистской общественности. Она рассказала о своем опыте «сотрудничества» с Аблязовым и людьми из его окружения, которые должны были помочь Тунгишбаеву, но «утопили» его окончательно.

После ареста и экстрадиции Мурата Тунгишбаева его жена, Меруерт Калиева, обратилась к независимым, казалось бы, правозащитникам, которых тем не менее настоятельно рекомендовали сторонники Аблязова.

Однако вопреки рекомендациям, поначалу защиты экстрадированного из Кыргызстана мужа Меруерт не добилась — ей последовательно отказали Бахытжан Торегожина и руководитель Бюро по правам человека Евгений Жовтис. Они сказали, что ее мужу никто уже не поможет, советовали устроиться на работу, чтобы в одиночку содержать троих детей.

Шокированная проявленным безразличием Меруерт Калиева написала Мухтару Аблязову и пожаловалась на правозащитников, рекомендованных ей сторонниками экс-банкира. Аблязов пошел навстречу, поручив Торегожиной и Жовтису заняться защитой Тунгишбаева, а также инициировал выезд в Астану итальянского правозащитника Антонио Станго и украинских журналистов.

Меруерт Калиева сообщила Аблязову, что ее муж больше рассчитывает на помощь из США, где обучался, работал сотрудником посольства и нескольких политических организаций. Аблязов ей возразил, что американцы не будут вмешиваться.

Зарегистрированный в Польше и финансируемый Аблязовым фонд «Открытый диалог» способствовал выделению через Казахстанское международное бюро по правам человека денег для найма адвоката Мурату Тунгишбаеву и содержания его семьи.

Первый адвокат Гульнара Жуаспаева, несмотря на контроль Аблязова, не предприняла никаких значимых действий, оставив себе половину из 400 тысяч тенге, которые ежемесячно выделяла организация Евгения Жовтиса на поддержку обвиняемого. Меруерт Калиева расторгла с ней договор и потребовала вернуть оставшиеся деньги. Жуаспаева отказалась, заявив, что ей дали их с возможностью взять себе такую часть, которую она посчитает нужной. Однако позже под давлением главы «Открытого диалога» и лично Мухтара Аблязова адвокат вернула оставшуюся сумму.

Для защиты Мурата Тунгишбаева была организована пресс-конференция в КМБПЧиСЗ, где выступили алматинские правозащитники, а его жене было велено молчать, упомянув только о плохом здоровье подследственного.

Консультированием Меруерт Калиевой занималась Бота Джардемали, юрист Аблязова по временам БТА-Банка, когда она и вошла в его ближайшее окружение. Жанара Ахметова, известная как Жанна Бота, провела для Меруерт Калиевой своего рода тренинг, обучив, как раскрутить тему страданий Тунгишбаева в соцсетях.

После всех приготовлений Аблязов отправил Калиеву в Астану на встречу с Антонио Станго и другими иностранцами, которых, как следует из его высказываний, он прислал специально для защиты арестованных членов ДВК.

Меруерт Калиева подчеркнула, что встреча была формальной и абсолютно бесполезной, ее никто не слушал, и после этого зарубежные гости никак не помогли Мурату Тунгишбаеву.

 

Дочь одной из сторонниц Аблязова в социальных сетях Ардак Ашим, эмигрировавшая в Киев, где живет Жанна Бота, без спроса использовала фотографии Меруерт Калиевой и матери Тунгишбаева для видео с призывами поддержать акцию. Женщина потребовала удалить эти изображения, но активисты ДВК отказались выполнить требование.

Адвокаты Мурата Тунгишбаева сменялись один за другим по схожей схеме — получали тысячи долларов за работу, но ничего не делали. Ну а параллельно Аблязов использовал с выгодой для себя лично арест и последующее ухудшение здоровья своего бывшего сторонника – он презентовал эту историю в зарубежных СМИ и соцсетях как политическое преследование за сотрудничество с ним.

Измученная женщина высказала Аблязову претензии, поняв, что его «помощь» — это своего рода плата за участие в пиар-компании. А на деле экс-банкир не в состоянии помочь ее мужу и только хочет заработать политические дивиденды.

«Я не просил Мурата о сотрудничестве, он сам рвался работать на меня и предлагал идеи», — ответил ей Мухтар Аблязов.

В отчаянии Меруерт Калиева передала журналистам записи разговоров с Аблязовым и его людьми и рассказала, как две недели назад Бахытжан Торегожина вручила ей 2000 евро и сказала, что это последняя помощь от «американских друзей» на содержание детей.

«Я хочу предостеречь других, чтобы никто не верил сказкам и иллюзиям, которые Аблязов строит и внушает людям. Кроме финансовой, никакой другой помощи не будет. Страдать будут семьи, страдать будут дети. Не нужно верить Аблязову и поддерживать его ни в какой форме, потому что в данной ситуации пострадала наша семья из-за того, что мой супруг оказывал ему услуги. Мурат сказал, что работа на Аблязова не стоила тех денег, которые он заплатил. Он испытал шок, потерял доброе имя и здоровье», — сказала жена Мурата Тунгишбаева.

Как и следовало ожидать, даже этот приступ откровения женщины, чей муж запутался в политических махинациях Аблязова, был использован сторонниками экс-банкира как козырь в свою пользу. И Жанна Бота, и Бахытжан Торегожина поочередно «посочувствовали» женщине, якобы вынужденной идти на «предательство» из-за давления на мужа. Но в чем предательство? В том, что обещания помочь Тунгишбаеву оказались просто способом как можно дольше держать больного человека в СИЗО и пиариться на этом?

В этой связи как-то исчезает недоумение относительно судьбы Искандера Еримбетова, брата Боты Джардемали, который, очевидно понимая плотность сгустившихся над ним туч, тем не менее, Казахстан не покинул, и теперь является очередной жертвой в пользу Аблязова. Но, быть может, он и не понимал уровень проблем? А сестра его не предупредила, потому что… Потому что запретил Аблязов? Ведь Еримбетов на судебной скамье для экс-банкира – это то же самое, что и Тунгишбаев в тюремном лазарете. Оба они являются живыми свидетелями «политического преследования» самого Аблязова. И пока они нужны для того, чтобы создавать Аблязову образ политического мученика, они оба будут сидеть…

Голосов еще нет