:: Дидар Амантай. КАЗАХСКАЯ ЛИТЕРАТУРА: КЛАССИКА, МОДЕРН И ПОСТМОДЕРН

Просмотров: 431 Рейтинг: 1.0
Всем известно, история мировой литературы рассматривается по классификации европейской гуманитарной мысли. Данная теория подгоняет другие национальные литературы под схему развития европейской словесности. Точка отсчёта языка и письма, атмосферы и стиля художественных произведений начинается с древнегреческой культуры и утверждается от классических эпох до современной философии постмодерна. Хотя даже литература малых народов отклоняется от обозначенного европейского вектора, имеет собственную биографию зарождения и расцвета, и, свободные от указанных направлений, представленная неподцензурная литература, возможно, не будет соответствовать общепринятой утверждённой форме официальной градации и канонических жанров, проходящих сквозь эпохи и цивилизации. Но в глобальном масштабе всё-таки можно найти общие законы развития и создать единую картину восприятия всемирной литературы. В таком ключе следует разбить этапы и смены парадигм по нижеприведённой сжатой схеме.

Речь идёт об условной треугольной классификации поэзии и прозы по форме и манере письма. Первый период обозначен по известной формуле и называется эпоха классики. За ним следует время беспокойного, мятущегося и ищущего модерна, представленную картину истории текста завершает полистилистика философии постмодерна.

Классический период казахской литературы начинается с древнейших эпох и переходит в модернизм в 60-х годах XX века. Устная речь господствовала в казахской цивилизации долгие века, менялись эпохи, совершенствовалось и оттачивалось слово, но литература оставалась привилегией оракулов и кочевников воинов-поэтов тюрков. Казахская духовность, не говоря о тюркской культуре, начинается и основывается на философии и метафизике Коркыт-Ата. В конце концов поиск Земли обетованной – это и есть вечный путь человечества в поисках подлинной духовности.

В буквальном смысле литература есть буква (Альмира Наурызбаева). Поиск формы рождает обозначенный стиль, а он, в свою очередь, создаёт атмосферу, которая является конечной и главной целью любого произведения, а также формой, как нам кажется, непреходящего воспоминания.

Всякое искусство есть форма существования прошлого и ностальгия по ушедшему или уходящему времени и событию. «Путь Абая» Мухтара Ауэзова зафиксировало номадизм в тот период, когда эстетически сложный кочевой образ жизни с наступлением атеизма и тотальной оседлой цивилизации уходил в высокое небо или в небытие.

Традиция письма и культура текста начинаются с Абая Кунанбайулы. Он был первым казахом, кто писал свои стихи, а не сочинял их в устной форме. Стал основателем и прародителем казахской письменной речи и литературы. Мухтар Ауэзов привнёс в казахскую литературу культуру речи великого Абая.

В течение семи веков в тюрко-кипчакской степи звучала мужественная поэзия воинов-кочевников, именуемых сказителями-жырау. Стихи жырау вдохновляли воинов на подвиги и героизм, воспевали храбрость степняков, бесконечно преданных своему народу и Родине. Мужество и справедливость, любовь к человеку и уважение к жизни возвеличивались и превращались в культ в степной жизни.

Коркыт, который, возможно, жил в VI–VII веках нашей эры, постепенно стал отражением тенгрианского миропонимания и мироощущения, спроецировался на последующие важные фигуры древнеказахской литературы, вплоть до второй половины XIX века. Среди культовых жырау были и яркие представители степного знания, они были предтечей экзистенциальной философии жизни. Казтуган жырау был не только поэтом, но и бесстрашным воином, предводителем многочисленных войск; Асан Кайгы представлял собой мудрого акына и бия, разрешающего социально-политические споры.

Но были и те, кто уходил из степных просторов и поселялся в города оседлых народов, принимал их культуру, изучал науку и стал писать трактаты на арабском, греческом и персидском языках. Аль-Фараби, второй учитель Востока, сын кыпчакского народа, олицетворяет собой, что кочевничество – открытая культура, подчёркивает толерантность степного миропонимания, показывает, как номадизм допускает сосуществование разных культур – не только в одной стране, но и в философии одного человека.

Эпоха героических сказителей завершается поэзией Махамбета и песней-скорбь (толгау) Нысанбай жырау, сподвижника восстания Кенесары, и великой поэзией Магжана Жумабаева. Издание указа царя Российской империи об упразднении Казахского ханства в 1822 году стало причиной масштабных изменений в казахской духовности. С данным указом завершается многовековая героическая литература казахской степи, включая сказки, былины и мифы. Кончаются времена мифотворчества. И до появления абаевской письменной речи в течение более пятидесяти лет степь будет находиться в промежуточном периоде: кочевая цивилизация прощается со своей мужественной эпохой и героическим наследием. На сцену выходят потомки степных рыцарей, последние могиканы бесконечных просторов – так называемые сал и серэ. Но в их песне мало героизма и воли к действиям, но зато много печали и ностальгии. Пораженческое настроение их творчества отражало эпоху перемен, старые ценности не сформированы, новые не созданы, ибо наступающая эпоха ещё и не осознана казахским обществом.

Так появляется Абай.

Абай – квинтэссенция философии нового времени. Абай – первый образец нового казаха. В эпоху капитализма кочевничество начинает испытывать дискомфорт. Требуется реформа всей казахской духовности. Наступающее время жестоко обращается со степным сознанием: вместо взаимопомощи и миропонимания о единстве человечества приходят воинствующий эгоизм и отчуждение человека от человека.

Кроме того, реформатор казахского космоса Абай Кунанбайулы создал национальную литературную речь. Изменил форму стихов, заново осмыслил духовное наследие своего народа, безжалостно критиковал некоторые традиции и обычаи, подверг жёсткой критике природу самого казаха.

Абай стал отцом народа.

Таким образом, классический период казахской литературы делится на две части: эпоха устного творчества с бесконечным началом и эпоха письменной литературы от Абая до Абдижамиля Нурпеисова, создавшего крупнейшее полотно XX века «Кровь и пот».

Шестидесятники казахской литературы в контексте происходящих событий в мировой культуре и литературе начали осторожно изменять форму текста и вносить нетрадиционные стили письма. Сакен Жунусов («Ахан-серэ», «Одинокая юрта»), Мухтар Магауин («Гибель борзого», «Смутное время»), Абиш Кекильбаев («Колодец», «Кюйши»), Оралхан Бокей («Где ты, мой жеребёнок со звёздочкой во лбу», новеллы), Аскар Сулейменов («Бесин», рассказы), Калихан Искак («Это была осень», «Актокым»), Тынымбай Нурмагамбетов (рассказы), Толен Абдик («Мерцающие огни ада», романы, повести, рассказы), Дулат Исабеков (рассказы и повести), Аким Тарази, Смагул Елубай («Белая юрта»), Сатимжан Санбаев («Аруана»), Сабит Досанов (романы) и другие стали проводниками модернистского движения в Казахстане. Но лёгкий налёт модернизма не стал причиной тектонических и структурных изменений, поэтому модернизм казахских шестидесятников был мягким и комфортным, не сопротивлялся традиционному письму, нередко они сами начали снова раздувать свои произведения «до гигантских потуг великих романистов», до больших размеров. Отсутствие масштабных изменений не предполагало структурной реформы литературных текстов, речи и культуры письма. Мягкий модернизм казахских писателей до сих пор существует в рамках классического понимания литературы. Такая гармонизация двух стилей сформировала устойчивое мировоззрение о понимании казахской прозы, где любой революционный взгляд карается с жесточайшей критикой и безжалостно подавляется, совершённое преступление не прощается и автору придётся эмигрировать в пространство другого языка. Устоявшееся мнение о казахской прозе начинает разрушаться новыми поколениями, представителями которых являются Асылбек Иксан, Айгуль Кемельбаева, Нургали Ораз, Ерлан Толеутай и др. Но сейчас формируется новейшая волна казахской прозы и поэзии: их представляют Дәурен Берікқажыұлы, Лира Қоныс, Ақберен Елгезек, Руслан Нұрбай, Дархан Бейсенбекұлы, Бақытжан Алдияр, Қайрат Асқаров, Ұларбек Дәбей, Мақсат Мәлік, Бейбіт Сарыбай, Алмас Темірбай, Елзат Ескендір, Бауыржан Қарағызұлы, Бағдат Мүбәрак, Қойшыбек Мүбәрак, Ерлан Жүніс, Жандос Байділда, Динара Мәлік, Серік Сағынтай, Рахат Әбдірахманов, Алмас Мырзахметов, Мирас Асан, Мирас Мұқаш, Аягүл Мантай, Қанат Әбілқайыр, Арман Әлменбет, Өміржан Әбдіхалықов, Жанат Жаңқашұлы, Жасұлан Серік, Алмас Нүсіп, Жанаргүл Қадырова, Асылзат Арыстанбек, Салтанат Смағұлова, Әлібек Байбол, Ербол Бораншы, Еркінбек Серікбай, Қанағат Әбілқайыр, Қанат Ескендір, Ерболат Әбікенұлы, Серік Томанов, Тұрсын Жұмаш.

В наше время мода на философию постмодерна проходит. Но остаётся его великое наследие. Полистилистика устанавливает равенство между эпохами и стилями. Атмосфера, только атмосфера является важнейшей задачей и главной целью литератур всех эпох и народов.

Но постмодернизма в казахской литературе нет. Существует лишь жалкая интрига между двумя поколениями. Однажды юного писателя нарекли следующим именем: «Не писатель, а постмодернист».

Иосиф Бродский в одном из своих эссе писал: «Модернизм есть лишь логическое следствие – сжатие и лаконизация – классики».

Главным девизом модернизма, как писал один из русских литературоведов, была формула следующего содержания: меньше лингвистических отвлечений, больше событий.

Постмодернизм предполагал демократию при выборе формы повествования, упразднив традиционные законы консервативной литературы.

Полистилистике предрекают долго жить. Надеемся, что свободная проза и импульсивная поэзия добьются большего успеха, и обещанная радость не будет откладываться с наступлением возможных внезапных экспериментов в неподцензурную эпоху.

Источник: «Литературная газета»

Средняя: 1 (1 оценка)