:: ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Просмотров: 8,029 Рейтинг: 5.0

Cвидетельства очевидцев
Инокиня Мария, насельница Горненского монастыря 2006 г.
Я присутствовала на схождении Благодатного огня многократно, кажется уже пятнадцать раз. Особенно мне запомнился тот год, это, может быть, было лет десять назад, когда я с большим трудом вошла в Храм, потому что было очень много людей, и подойти близко к Кувуклии было очень, очень сложно. Огонь еще не сошел на Гроб Господень, еще Патриарх его не вынес. Это было время ожидания. И я повернулась лицом направо и, вдруг, увидела, что совсем рядом со мной толпа людей, огромная, которая там стоит, они горят огнем. Притом все горит - руки, головы, спина, волосы, все. Они стоят просто в огненном шаре. И при том, это не просто был шар огня, а пламенеющий, пламя, языки везде были. Этот шар огня был довольно большой, имел величину около полутора метров. И первая мысль, которая у меня возникла в тот момент, я подумала, говорят, что никогда пожара не было. Потому что действительно во всех книжках, во всех статьях о Благодатном огне говорят, что столько огня, все зажигают свечи, но пожара никогда не было, никаких свидетельств о том, что что-то зажглось или кто-то сгорел от огня. Потом, очень скоро, все вдруг исчезло. Люди как стояли, так и стоят. И у них нет никаких следов того, что они горели, что они стояли в пламени огня. Я не могла понять, что это такое, просто у меня мысли не двигались. И только со временем, потом, через даже, может быть, долгий срок, поняла… мне было не понятно, почему никакой реакции не было, почему они не кричали, что они в огне стоят. Они просто не видели. Теперь я могу себе представить, как горел куст неопалимой купины, когда Господь призвал из него пророка Моисея на служение еврейскому народу, и каким огнем горела Неопалимая Купина.

Записано с заснятого на видео рассказа Инокини Марии.

Сергей Котенков, Москва 2006 г.
Наконец начинается Крестный ход вокруг Кувуклии. Боже, как же медленно иерархи всех конфессий обходят Кувуклию…первый, второй, наконец третий круг…
Процессия останавливается у входа в гробницу Христа, у кого-то сдают нервы и там начинается возня: некоторые паломники пытаются прорваться поближе к Патриарху Феофилу…Нехорошо, полиция закрывает Патриарха живым щитом. Наконец его разоблачают, обыскивают на предмет «спичек», и он остается в одном белом подризнике.
Преклонив голову над низким входом, под крики греков «Аксиос!» («Достоин!»), Патриарх Феофил и армянский Патриарх заходят в Кувуклию. Время останавливается…
Всё усиливающиеся вспышки синеватого цвета как молнии пронизывают пространство Храма и мелькают на его стенах. Храм затихает. Каждый сосредотачивается на своей молитве, каждый стремиться помочь Патриарху, ибо сейчас он нуждается именно в такой поддержке…
«Ослаби, остави, прости, Боже, прегрешения наша, вольная и невольная, яже в слове и в деле, яже в ведении и не в ведении…»

Вновь потянулись тревожные минуты ожидания…
И в этой относительной тишине Храма словно Огненная птица вылетает прямо напротив нас из окошка Кувуклии Благодатный Огонь. Миг - и весь Храм оглушает единый выдох-крик. СВЕРШИЛОСЬ! Алиллуия! Бог не оставил людей! А значит, еще год будет жив род человеческий!... Через мгновение начинает истошно звонить колокол. Небольшая пауза, это арабские мальчики зажигают пучки своих свечей от свечей, только что переданных из Кувуклии, и быстро бегут по проходам во все концы Храма, на улицу, атриум…Полиция сужает уже ненужные проходы, а волна Огня стремительно, за считанные мгновения преодолевает пространства Храма и надвигается на нас. Все тянут вперед руки с пучками свечей, и священники и миряне, преференций нет ни у кого. Миг – и полыхают наши свечи. Отвожу руку с зажженным своим пучком назад, мгновения, и у всех позади уже полыхают свечи. Невероятно. Чтобы зажечь обычным огнем свечу в храме, нужно несколько секунд, иногда это даже не удается сделать с первого раза. А здесь, кажется, что Огонь зажигает свечи даже не притрагиваясь к ним, и это невозможно остановить…
Ликование людей невозможно описать никакими словами. Благодатный Огонь действительно не обжигает первые минуты, хотя в это очень трудно поверить своим земным человеческим нутром, сначала я даже отдергиваю голову. Но Он действительно не обжигает, и не опаляет фитили свечей! Они остаются белыми!
Подвожу пылающие свечи к подбородку, пламя еще не очень горячее, щелкаю камерой и…
Пламя Благодатного Огня не обычное, и не только потому что не обжигает первые минуты, покуда 40 раз не скажешь:«Кирэй, элейсон!»(«Господи, помилуй!»). А еще потому, что свечи не горят обычным спокойным 2-4 см огнем, а его высота 10-20 см и оно ЖИВОЕ, постоянно развевается в разные стороны, даже когда нет никакого дуновения воздуха. И оно не отбрасывает теней!
Через несколько минут свечи начинают потихоньку тушить, т.к. пламя становится обжигающим, и лучше отойти в более свободное место, что и делаю, отойдя в арку сбоку от католического предела. Зажигаю все свои 6 пучков по 33 в каждом по числу земных лет Спасителя (198 свечей).
Опалив все свечи, начинаю тушить все 6 пучков, но не тут-то было! Сколько я ни дул на них, затушить так и не смог. Помог мимо проходивший грек, с которым на «три-четыре», не с первой попытки, мы таки затушили их…

С трудом выходим из Храма. Да, мы стали свидетелями одного из Чудес Православия! Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!

Люди запустили человека в космос, преуспели в изобретении методов наиболее быстрого и эффективного уничтожения себе подобных, но, несмотря на весь «научный прогресс» так и не приоткрыли тайну и не нашли объяснение Чуду Благодатного Огня, равно как и чуду происхождения человека. Просто потому, что для этого надо признать и поверить в Бога, а это уже никак не стыкуется с «прогрессом».

Вечером идем на Пасхальную службу в Храм Воскресения, а завтра Пасхальное разговение и пробуем вино из Каны Галилейской, где Господь совершил свое первое чудо, превратив воду в вино, которого не хватило для свадебного торжества...

Ян Савицкий, Владивосток 2005 г.
Иерусалимский Патриарх Ириней останавливается перед входом в Кувуклию. Его обыскивают на предмет наличия у Него спичек, затем вручают ему четыре больших пучка свечей. Вижу, как Он вошёл в Кувуклию. Снимаю камерой на вытянутой руке. Впереди целый лес таких же рук с видеокамерами и пучками свечей. Время - 14.00. Храм пронизывают сотни ярких всполохов. Представляю, как Патриарх сейчас становится на колени перед тридневным ложем Спасителя и начинает читать особую молитву, по которой сходит Благодатный Огонь. Замечаю, что поведение людей в Храме меняется - гул стих, многие сосредоточились, сконцентрировались на своих молитвах. И сам вдруг вспоминаю, что по преданию, если Благодатный Огонь не сойдёт, то все находящиеся в храме погибнут! А ведь не сойти он может и из-за моих личных грехов! Ловлю себя на мысли, что сейчас на моём месте мог бы стоять гораздо более достойный человек! Стало жутко. Отовсюду слышится: "Господи! Помилуй!". Ещё секунда - и вдруг неожиданно чувство стыда и страха, каким то независящим от моего сознания образом, начинает трансформироваться в непередаваемое словами прекрасное и сладкое чувство, не назовёшь иначе как Божественной Благодати! Я об этом ощущении раньше ни у кого не читал и не был готов к нему, но могу поклясться, что помимо меня, это неземное чувство соприкосновения с Божественным испытали сотни, тысячи людей находившихся в храме! Как будто волна ОГНЯ ДУХОВНОГО, вспыхнув в Кувуклии, радиально растеклась по всему храму, наполнив Благодатным Светом сердца паломников. Я уверен, что только ради этих нескольких секунд стоило приехать в Иерусалим, провести ночь почти без сна на холодном полу Храма и простоять 6 часов в жуткой тесноте и духоте! Все, кто испытали это небесное чувство, никогда его не забудут. Как я выяснил позже, многие приехали в Иерусалим во второй, а кто и в третий раз на церемонию Схождения Благодатного Огня не для того, чтобы подержать руки в не обжигающем пламени свечей (это даже как-то глупо!), а именно ради этих секунд истинного счастья!

Ефимов Дмитрий, главный редактор "Воскресной газеты", Уфа 2005 г.
В половине девятого следующего утра выезжаем из гостиницы. В автобусе нам раздали специальные бейджи-пропуски с печатью иерусалимской полиции. Без них сегодня в храм Гроба Господня не попасть. Предупредили, что их могут сдернуть: желающих увидеть чудо значительно больше, чем храм может вместить. Люди пытаются еще с вечера остаться где-нибудь в храме. В прошлом году, рассказывают, один русский священник спрятался в армянском притворе. Его выдали полиции. Но он не сдался и перебрался в туалет, потом полтора часа просидел в шкафу для хозяйственной утвари. Но дождался! Улица Давида вся заполнена толпой. Не пройти! В сопровождении полицейского идем в обход. На пути встречаются три военных заслона, где проверяют пропуска. Наконец, площадь перед храмом! Полно полиции и вооруженных автоматами солдат. С девяти часов людской поток вливается в ворота храма. Быстро идем туда, где, вроде бы, отведены места для нашей делегации. Неожиданно вход в это помещение перекрывают. Бежим дальше. Метрах в двадцати от Кувуклии приходится остановиться рядом с огражденным решетками проходом, где хозяйничают полицейские. Впереди виден просвет между колоннами: там находится площадка перед Кувуклией. Скоро все пространство вокруг и сзади заполняется людьми. Место у ограждения, на которое можно опираться, приходится уступить пожилой монахине. Люди стоят плотно, впритык друг к другу. Время течет очень медленно. Стоит гул, иногда раздаются какие-то отчаянные крики, детский плач. Ноги затекают, начинает болеть спина.

11.20 местного времени. По традиции сейчас, после осмотра внутреннего помещения Кувуклии израильской полицией (до этого много веков это делалось турецкими стражниками) на предмет поиска средств зажжения огня, часовню опечатывают огромной восковой печатью. Это еще и символично: после погребения, боясь похищения тела Христа, члены иудейского синедриона попросили Пилата опечатать гробницу и поставить стражу. И это стало потом одним из доказательств чудесного воскресения Спасителя.

11.40. Впереди раздались громкие крики. В просвете между колоннами замелькали куски разноцветной материи, видны торсы молодых арабов, которые взобрались на плечи друг другу и скандируют слова славы Иисусу Христу. Бьют барабаны. (Потом вся эта шумная "дискотека" будет повторяться еще несколько раз).

Около 12 часов начались шествия священников. В 12.30 под сводами и на стенах храма появились первые быстрые беззвучные блики-сияния. Потом они неоднократно пропадали и появлялись вновь. Народ запел псалмы на греческом и русском языках. Около двух часов с Кувуклии сняли печать и внесли в пещеру большую лампаду, в которой должен загореться главный огонь и 33 свечи.

В 14.00 к воротам Кувуклии подошел православный иерусалимский патриарх в нарядных белых ризах. Его раздели, чтобы было видно, что он не принес с собой ни спичек, ни зажигалки. В 14.05 он зашел в Кувуклию и начал молиться. Эмоциональное и физическое напряжение достигли предела. Люди стали кричать по-гречески, подбадривая патриарха. Только православный патриарх может вызвать чудо появления Благодатного огня, ни разу это не получилось у католиков. Однажды за эту миссию взялись армянские священники, в результате огонь разрушил колонну, возле которой стояли православные.

14.30 Блики и сияние на сводах усилились. В районе Кувуклии раздались крики и замелькали огоньки. Свершилось! По проходу с факелами побежали два гонца, зажигая свечи. От Кувуклии тоже стала быстро приближаться огненная волна. Все вокруг подняли свечи и лампады, защелкали фотоаппараты. Наконец, заполыхали и мои тридцать три свечи! Буквально за минуты огнем было охвачено все видимое пространство. Люди смеялись, пели, умывались огнем, не обжигаясь. Зрелище поистине фантастическое, никогда ранее не виданное. В душе возник небывалый эмоциональный подъем. Последние сомнения рассеялись. Бог благословил людей!
Протоиерей Виктор Сергеев, настоятель Пантелеимоновского больничного храма, при поликлинике автозавода Ижевска

Чудо схождения Благодатного Огня трудно описать словами. Сначала, при подходе к храму Воскресения Господня, царила суета, напряжение, крики арабской молодежи, повсюду израильские полицейские. Когда наступило время - подошел Иерусалимский Патриарх Ириней. По правилам, полицейские должны разоблачить его. Митра, жезл, одежды Патриаршего достоинства - все отлетело, началась потасовка, сутолока. Что будет, чем это все закончится? Сойдет ли Огонь? И вдруг все стихло. Тишина. Миг – и уже всеобщее ликование. Вот он – Огонь, везде, по всему храму, распространяется по свечам молниеносно – и не жжет, горит ровно и тепло. Звонит колокол. И слезы удержать невозможно. Это действительно чудо Божие. Воистину Благодатный Огонь зажегся - и наши сердца зажег. И все как-то сразу умирилось. И радость просияла в людях. И словно кончилось среди людей всякое разделение – все стали братьями. Вот этот момент удивительный, это воспоминание на всю жизнь.
Иеромонах Роман (Матюшин). Благодатный Огонь

…Сегодня все едем на Благодатный Огонь. Укрепи, Господи! Стоять (или висеть в толпе) придется более шести часов.

…Как на вокзале! Кто на чем сидит. Кто где стоит. Дети, мужчины, женщины (растрепанные, без косынок). Прикладываюсь к Престолу. Бабуси сидят, опираясь о Престол спинами. Матушка Иулиания усаживает меня на захваченный с собою стульчик, спаси ее, Господи! — сама она стала на колени на мраморный пол.

…Свист, вой, крики (из Храма), в алтаре потише. Барабанный бой. Но это, видимо, только начало. Шум то глохнет, то нарастает. Все это, в ожидании Патриарха, нужно слушать 4-5 часов.

…Шум переполненного стадиона. Топот ног. Арабы скандируют: "Наша вера правая — вера Православная!" Снуют подростки в греческих рясах — семинаристы. И, конечно же, фотографы, журналисты, операторы… Время идет. Напряжение нарастает… Снова барабаны, колотушки, сирена. Танцевальный ритм, хлопки. Каждый выражает радость, как может… Громкие хлопки — аплодисменты. Появляется Патриарх. Духовенство. Греческий флаг. Достаю чуть погнутый пучок свечей. Передаю стул матушке Иулиании, иду к Престолу… Патриарх отдыхает в кресле. Гроб Господень запечатан огромной восковой печатью.

…Начинается крестный ход. Заколыхались хоругви, фонари. Неровные ряды духовенства направляются к Кувуклии. Ее стены до самого верха облеплены людскими телами. Люди, люди, люди… Оцепление полиции, семинаристов, паломников, дети на их плечах. Все смешалось. Где-то пляшут. У стены вспыхнула массовая драка. Арабы… Греческие монахи тоже не лыком шиты. Участвуют в потасовке. Страшный шум. Нужно орать на ухо, чтобы было слышно.

…После крестного хода удается зацепиться за железную решетку, снимают печать. Разоблаченный Патриарх входит в Кувуклию. Гул стихает. И вдруг — нет, это нужно видеть! — засверкало, заблистало! Вся Кувуклия осветилась голубым огнем. Заходили, заполыхали молнии. Визг, вой, рев восторга. Выходит Патриарх с зажженными пучками свечей, благословляет народ. Тысячи рук протягивают свечи в его сторону. Миг — и Храм наполнился Огнем. Благодатным Огнем. Кто — плачет, кто — смеется. Глажу этот Огонь — не обжигает. Голубые молнии сотрясают, пронзают Кувуклию. Свечи быстро гасят. Дым. Огонь. Слава Богу! Еще один год поживем. Начинаем выбираться. В этом году Благодатный Огонь сошел очень быстро.

Цит. по. Иеромонах Роман (Матюшин). Благодатный Огонь // Православный Санкт-Петербург, 4 (134), апрель 2003 г.

Вифлянцев Олег, священник, Москва (2003 г.)
Напряжение нарастало и, казалось, достигло высшей точки. Крик и шум стояли невообразимые. Обычно после того, как Патриарх входит в Кувуклию, наступает гробовая тишина и напряженное молитвенное ожидание, кажется, тянется целую вечность. На этот раз всё было по-другому. На этот раз было ощущение, что Благодатный Огонь может сойти даже до того, как Патриарх войдёт в Кувуклию, что Он уже здесь.
Тут возникла потасовка одного священника с полицейским, по-видимому, потому что тот слишком грубо его толкнул, они кричали друг на друга довольно долго.
Крик и шум и отдельные возгласы, кричащие о чём-то, были слышны отовсюду.

Говорят, что ожидание благодатного Огня бывает от 10 минут до часа, и что в это время человек как бы проживает всю свою жизнь.

На этот раз ожидание длилось не больше минуты.

Патриарх вошёл в Кувуклию. Я посмотрел на часы - было ровно 2 часа. Как только он вошёл внутрь, - все колокола Храма Святого Гроба Господня ударили в такой напряжённый, истошный молитвенный набат, которого я никогда ещё не слышал, ни до, ни после.

Звон стоял такой, что стёкла дрожали

В то же мгновение мгновенно вырубились все электрические софиты (телерепортеров) и множество других ламп, как будто чья то мощная рука вырубила рубильник. Это в самом деле так и было, потому что никто (из людей) электричество не выключал, оно вырубилось само собой.

Это было явное чудо.

Через несколько мгновений Патриарх появился в дверях Кувуклии с пучком горящих свечей. Он весь сиял и от него самого как бы исходил свет. Взрыв ликования вместе с огнём быстро распространялся от Кувуклии - все взоры были обращены туда, и почти никто не заметил, как Огонь пошёл и с другой стороны, когда я взглянул на алтарь храма Воскресения несколько мгновений спустя, то увидел, что у всех греческих священников, стоящих у алтаря, уже ярко горели пучки свечей ещё до того, как до них дошёл огонь от Кувуклии, а батюшка в облачении стоял на горнем месте алтаря с двумя ярко полыхающими пучками свечей в высоко поднятых руках - по-видимому, у него свечи вспыхнули вместе с Патриархом, но в алтаре храма Воскресения.

Это было второе чудо.

Патриарх Ириней возвращался в алтарь с пучками горящих свечей, весь храм моментально вспыхнул Огнём, который не обжигает, взрыв ликования и восторга под звон колоколов, весь храм мгновенно наполнился дымом до самого купола, и только яркий луч солнца прорезал его.

В этом виделось что-то неземное и возвышенное.

Игорь Мещан (2002 г.)
Пытаясь занять место поближе к Кувуклии, мы протиснулись почти к самому барьеру. Народ стоял плотно, тесно прижавшись друг к другу. Никакой речи о том, чтобы выйти или присесть, уже не было. Уже с половины седьмого утра мы стояли по стойке смирно в толпе почти у барьера с правой стороны от Гроба Господня. Нам было сложно стоять и дышать, о времени совсем думать не хотелось. До сошествия Огня оставалось примерно семь часов.
После двенадцати время поползло настолько медленно, что стало ощущаться его неспешное проворачивание, как старого мельничного жернова. Последние полчаса, которые прошли с момента прихода последнего гостя у армян до появления православного Патриарха Иерусалима, мне показались, по меньшей мере, сутками. После четырнадцати часов ожидания - время исчезло, никаких ощущений не осталось, и только одна мысль билась в голове - скорее!
Наконец снова послышались удары турецких палиц о камень, и появился Патриарх Ириней. У него было удивительно спокойное и радостное лицо. Он улыбался и спокойно шел, будто не замечая напряженно стиснувшегося со всех сторон народа, как будто не было барьеров и “турков” с палицами, прокладывающих ему путь. Патриарх удалился в алтарь переоблачаться перед сошествием Благодатного Огня.
Начался обход патриаршего “крестного хода” вокруг Кувуклии. Время прекратило ползти, а стало останавливаться. На третьем круге оно остановилось окончательно. Казалось, что исчезнувшие с правой стороны от Гроба хоругви не появятся уже никогда. Исчезло пространство и время, я не чувствовал ни ног, ни рук, которые уже много часов оттягивала сумка со свечами, весь превратившись в один большой глаз, смотрящий на угол Кувуклии, откуда должны появиться хоругви. Они появились и застыли между входом и православным приделом.
Патриарх вошел в придел Ангела. Я стоял абсолютно с пустой головой. Только вдруг мелькнула мысль или кто-то рядом выдохнул: “Господи, хоть бы сошел, а то...”
И вдруг удар! Так бывает, когда прилетаешь на юг, выходишь из холодного кондиционированного воздуха самолета на трап и тебя внезапно обдает жаром южного зноя. Фонтаном брызнули слезы из глаз. Одновременно я увидел отблеск огня у входа в Кувуклию, откуда появился Патриарх и услышал многотысячный выдох-крик толпы, приветствующей чудо Господне. И вот уже первый человек побежал к выходу с факелом из спаянных тридцати трех свечей по количеству земных лет Спасителя.
Мы невольно двинулись к Гробу, стараясь перехватить кого-нибудь, чтобы зажечь наши свечи. Лишь с четвертой или пятой попытки нам это удалось - какой-то юноша трясущимися руками держал пылающий пучок свечей, а наши свечи из десятка протянутых к нему зажглись.
Выйдя на площадь перед храмом, заполненную народом, мы обернулись - от Гроба Господня текла огненная река. Чудо свершилось, отрицать это невозможно. Огонь сошел, значит, жизнь продолжается!
Улицы старого города были полностью забиты народом. Пробираясь через плотную толпу к зданию русской миссии, мы всюду видели людей с горящими свечами в руках, казалось, что горит весь Иерусалим. Говорят, что даже у арабов это называется “праздник огня”.
Огонь сошел, Господь явил видимым образом Свою Силу, закончился покой Великой Субботы - и сразу почувствовалось приближение Воскресения Христова - Пасхи.

Александр Сегень. Пасха в Иерусалиме
Появились арабы-христиане, прежде я уже читал о том, как они буйствуют перед явлением Благодатного Огня, и потому мне не показалось их разудалое поведение чем-то ужасным или оскорбительным. Они грохотали барабанами и улюлюкали. Наша бедная Надя кричала вместе с ними, стоя при муже и сыне где-то совсем близко от Кувуклии. Потом арабы стихли, и уже ничто не предвещало, что Огонь явится.

- Пийдемо в гостыныцю, там свий огонь запалымо, - сказала одна из украинских девушек за моей спиной.

В следующий миг высоко под куполом храма что-то зажглось и стало пульсировать, как пульсирует кровь, вырываясь из разрезанной вены. Затем на одной из стен стрельнула зарница, подобная фотовспышке. За ней - другая, третья, и вот уже по всему храму заиграли зарницы. Те самые, о которых писали со времен Средневековья, когда еще не была изобретена фотовспышка. Я посмотрел на часы - было 14-30 по московскому времени. Я полагал, что Огонь явится вот-вот, но ошибался. Зарницы, помелькав, исчезли, будто затаились, и вновь стали вспыхивать только минут через двадцать.

- Пиротэхника! Светомузыка! - раздалось у меня за спиной весьма скептическое замечание.

«Должно быть, так же теперь думают и католики», - подумалось невольно. Но эти мысли уже были как будто-то чьи-то не мои, потому что всё существо с каждым мгновением начинало всё больше трепетать в предчувствии самого главного события в жизни. Я оглядывался по сторонам и не видел лиц, потому что за лицами и очертаниями людей угадывалось гораздо, неизмеримо большее, чем сей мир.

Зарницы отныне не утихали, они вспыхивали то там, то здесь, то близко, то далеко, они играли в храме, складываясь в разные квадратики, треугольнички и кружки, мелькали и прыгали. И я стал тянуться в сторону Кувуклии своими пучками свеч, мечтая, чтобы у меня Огонь зажегся сам. Я более не думал ни о католиках, ни об украинках, ни о полицейских, ни о ком и ни о чем. Мечта тянула и устремляла всего меня туда - в сторону Гроба Господня, в который уже вошел Патриарх Ириней, и двери которого уже запечатали огромной восковой печатью.

Я посмотрел на часы. Они показывали 15-07 по московскому времени. В сей миг весь храм наполнился радостным и восторженным криком, зарницы продолжались, но уже родилось лиловое зарево - его вынес из Кувуклии Патриарх Ириней, его уже разносили во все стороны, и оно уже само отскакивало во все стороны, подобно ёлочным шарикам, и у многих сами зажигались пучки свеч, как сами зажглись лампады над входом в Кувуклию. Один шарик взлетел вверх и зажег свечи у монахов, разместившихся на втором ярусе ротонды. Быстро разносилось пламя по храму, и вот уже горят свечи у меня в руках, я стою и смотрю на них, не в силах оторвать взгляд; мне и радостно, и страшно, я провожу Огнем по лицу, Огонь горячий, но он не жжет и не опаляет, он ласковый и сильный. От него не чернеют фитили у свечек до тех пор, покуда он не начинает обжигать, то есть, покуда он не становится таким же, как любой другой огонь на земле.

- Е Бог! Е Бог! Е Бог! - крестятся и причитают за моей спиной украинки.

Я оглядываюсь - вид у них перепуганный, глаза сверкают. Кто-то зажигает свои свечи от моих. Человеческая река трогается с места и движется в сторону выхода. Я иду и несу перед собой Благодатный Огонь! Какое счастье!

Он уже делается горячим, мне кричат, что его надо тушить. Полицейские выступают в роли пожарных, гасят многим свечи из ручных огнетушителей. Лица у полицейских одновременно и сердитые, и растерянные, кажется, вот-вот, и они тоже станут креститься, приговаривая: «Е Бог!»

Мы выносим Благодатный Огонь на площадь. На площади - яркий солнечный день. Фитили на свечках начали чернеть. Огонь уже обжигает.

Слава Тебе Господи! Свершилось!

ХРИСТОС АНЕСТИ! ХРИСТОС ВОСКРЕС! АЛЬ МАСИХ КАМ!
Говорят, что в тот же вечер успевают привезти в Москву самолетом лампадки, зажженные от Благодатного Огня. А в Иерусалиме до вечера наступает блаженная тишина. На душе радостно и спокойно. С нами Бог, разумейте языцы!

Событие Воскресения Христова - величайший христианский праздник. Это есть праздников Праздник и Торжество из торжеств, знамение победы над грехом и смертью и начало бытия мира, искупленного и освященного Господом Иисусом Христом. Праздник этот называется еще Пасхою, то есть Днем, в который совершилось наше перехождение от смерти - к жизни и от земли - к Небу.


Христос Воскресе!
Воистину Воскресе!

 
О, как чудодейственны эти слова! Когда мы их произносим или слышим, в наших сердцах загораются огни святой радости о Господе Иисусе Христе Воскресшем. И где бы они ни произносились, где бы эти слова ни раздавались, где бы ни слышались, - всюду они вызывают трепетание в каждом сердце и от них все ярче вспыхивает пламя веры в душе каждого прославляющего Воскресшего Господа.
 
«Христос Воскресе!» - мы говорим с чувством духовного восторга; их хочется произносить без конца, слушая в ответ другие два святых слова: «Воистину Воскресе!»
 
Христос воскрес! — и для всего мироздания началась истинная весна, светлое, радостное утро новой жизни. Воскресение Господа Иисуса - первая действительная победа жизни над смертью.
 
Событие Воскресения Христова - величайший христианский праздник. Это есть праздников Праздник и Торжество из торжеств, знамение победы над грехом и смертью и начало бытия мира, искупленного и освященного Господом Иисусом Христом. Праздник этот называется еще Пасхою, то есть Днем, в который совершилось наше перехождение от смерти - к жизни и от земли - к Небу.
 
Вот как это было:
По прошествии субботы, ночью, на третий день после Своих страданий и смерти, Господь Иисус Христос силою Своего Божества ожил, то есть воскрес из мертвых. Тело Его, человеческое, преобразилось. Он вышел из гроба, не отвалив камня, не нарушив синедрионовой печати, и невидимый для стражи. С этого момента воины, сами не зная того, охраняли пустой гроб.
 
Вдруг сделалось великое землетрясение; с небес сошел Ангел Господень. Он, приступив, отвалил камень от двери гроба Господня и сел на нем. Вид его был как молния, и одежда его бела, как снег. Воины, стоявшие на страже у гроба, пришли в трепет и стали, как мертвые, а потом, очнувшись от страха, разбежались.
 
В этот день (первый день недели), как только кончился субботний покой, весьма рано, на рассвете, Мария Магдалина, Мария Иаковлева, Иоанна, Саломия и другие женщины, взяв приготовленное благовонное миро, пошли ко гробу Иисуса Христа, чтобы помазать тело Его, так как они не успели этого сделать при погребении. (Женщин этих Церковь именует мироносицами). Они еще не знали, что ко гробу Христову приставлена стража и вход в пещеру запечатан. Потому они не ожидали кого-нибудь там встретить и говорили между собою: «Кто отвалит нам камень от двери гроба?» Камень же был очень велик.
 
Мария Магдалина, опередив остальных женщин-мироносиц, первая пришла ко гробу. Еще не рассветало, было темно. Мария, увидев, что камень отвален от гроба, сразу же побежала к Петру и Иоанну и говорит: «Унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его». Услышав такие слова, Петр и Иоанн тотчас побежали ко гробу. Мария Магдалина последовала за ними.
 
В это время подошли ко гробу остальные женщины, шедшие с Марией Магдалиной. Они увидели, что камень отвален от гроба. И когда остановились, вдруг увидели светозарного Ангела, сидящего на камне. Ангел, обращаясь к ним, сказал: «Не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете Иисуса распятого. Его нет здесь; Он воскрес, как сказал еще будучи с вами. Подойдите, посмотрите место, где лежал Господь. А потом пойдите скорее и скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых».
 
Они вошли внутрь гроба (пещеры) и не нашли тела Господа Иисуса Христа. Но, взглянув, увидели Ангела в белой одежде, сидящего справа от места, где был положен Господь; их объял ужас.
 
Ангел же говорит им: «Не ужасайтесь; Иисуса ищете Назарянина распятого. Он воскрес. Его нет здесь. Вот место, где Он был положен. Но идите, скажите ученикам Его и Петру (который своим отречением отпал от числа учеников), что Он встретит вас в Галилее, там вы Его увидите, как Он сказал вам».
 
Когда же женщины стояли в недоумении, вдруг снова пред ними явились два Ангела в блистающих одеждах. Женщины в страхе преклонили лица свои к земле.
 
Ангелы сказали им: «Что вы ищете живого между мертвыми? Его нет здесь: Он воскрес; вспомните, как Он говорил вам, когда был еще в Галилее, говоря, что Сыну Человеческому надлежит быть предану в руки грешных людей, и быть распяту, и в третий день воскреснуть».
 
Пасхальная служба начинается в полночь с субботы на воскресенье; вся она исполнена духовной радости и ликования. Вся она - торжественный гимн Светлому Христову Воскресению, примирению Бога и человека, победе жизни над смертью.
 
Праздник Пасхи каждый год совершается в разные числа месяца и время его празднования «переходит» по своей дате, но всегда приходится на воскресный день. Все праздники, связанные календарно с Пасхой (а это Вербное Воскресение, Пасха, Вознесение и Троица) тоже меняют свою дату и называются переходящими или подвижными. Другие двунадесятые праздники (Рождество Христово, Крещение, Сретенье и др.) имеют постоянную дату и называются непереходящими или неподвижными.

Средняя: 5 (1 оценка)

Получается, что у католиков сей огонь не возгорается? А только у правосланвых?

Комментарии

Постсовскот: капитал, СМИ, власть - топору разоренных сел, аулов. Международные стандарты: кримреволюций, уркоубежищ, захвата УК общественной рентабельности. Террористы: госпроцента, рефставки, обмкурса, инвалют-экспорта, фантик-резервов($,Е). Финансы сельхозпроизводства в вампир-градах(95%). Долги СУЛ вне корсчетов Минсоцкредитования. Оплата: ЦРУконсалтинга, калбит-интеллекта, праздников-антиконкурентоспособности, жидовыходных - прерывности госфункции (жузоказни до 7 колена в пользу СУЛ). М Ишаев Ставка чингиз-тимур-бабур-шеибанидов ООН РК тел 2662891, +77016711095 адрес: znanie_sila_kz@mail.ru

Ваш комментарий Не пора ли увидеть плевелы?

ЖАТВА НА ЗЕМЛЕ СОЗРЕЛА.МФ.13;ОТК.14.

В притче о жатве,Христос говорит о поле с Добрым Семенем,-СЛОВЕ Своем из УСТ Своих.

Но предупреждает,что рядом враг посеял плевелы,-слово лживое,противоречивое,-человеческого рукописания,не из УСТ Божиих.

Много споров о противоречиях,ошибках в Библии,но Христос объясняет,-

ПЛЕВЕЛЫ ЭТО,и учит как не споткнуться об эти камни,которые для многих сделались хлебами.МФ.4,3-4.

Выдергивать плевелы Христос разрешил Жнецам во время Жатвы.

Для тех у кого Жатва созрела,проверьте-не это ли первая связка

плевел для сжигания?

-МФ.28,1;МРК.15,42;16,9;ЛК.24,1;ИОАН.20,1 и тп,-все стихи,дающие

чуждое знамение в 1,5суток от распятия,как бы в пятницу, до воскресения Христа,как бы в первый день недели,

вместо ЗНАМЕНИЯ из Уст Господних:Три дня и Три ночи-МФ.12,39-42,где Мудрости больше Соломона.

Если верить Устам Господним,как учит Христос-ВТ.8,3;то

распятие-в среду,в половине Седьмины:ДАН.9,27;(Павел о том же-2ФЕС.2,7),

а воскресение- в Святую Субботу,в Знамение Отца Небесного.ИСХ.31,17.

Сын едино в ОТЦЕ,а Отец в Сыне.

Готовы следующие связки плевел?Огонь УСТ Божиих сожжет их.ИС.4,4; ВТ.33,2;ЛК.12,49;ОТК.18,8.

Так учит Христос.