:: ПЛЮСОВ ВСЕ ТАКИ БОЛЬШЕ?..

Просмотров: 1,164 Рейтинг: 5.0

Эдуард Полетаев, политолог, руководитель ОФ «Мир Евразии»В г. Астана продолжает работу специализированная международная выставка ЭКСПО-2017. Тема выставки «Энергия будущего» позволяет Казахстану сыграть особую роль в развитии интеграции и осветить одну из самых актуальных задач, волнующих мир - альтернативные источники энергии и «зеленые» технологии. ЭКСПО в Казахстане, как известно, имеет статус национального проекта. Усилия не только власти, но и гражданского общества направлены на освещение и анализ этого мероприятия. Казахстан достаточно много сил вложил в организацию выставки. При этом, нужно расставить акценты.

Во-первых, сейчас уже и в социальных сетях, и в некоторых анализах и комментариях подводят какие-то итоги по выставке. Но это еще рано делать. И по количеству посетителей, и по результату, не только выраженному в прибыли от продажи билетов, но и в целом от контактов различных, которые будут налажены во время проведения этих мероприятий, ведь речь идет не только о культурных мероприятиях, но и о дипломатических контактах. Например, масштабно национальные дни каждой страны, представленной на ЭКСПО, отмечаются.

Во-вторых, ЭКСПО – это своеобразный символ интеграции и интернационализации. Впервые мероприятие происходит на постсоветском пространстве, впервые в СНГ, ЕАЭС. Не случайно многие страны-союзники играют активную роль на выставке. В частности, Россия является партнером по организации международной деловой программы на выставке, соорганизатором экспертных сессий, бизнес–форумов с участием руководителей глобальных предприятий. У нее самый большой павильон, наверняка самое большое количество туристов из-за рубежа будет из России. Многие другие страны постсоветского пространства также активно участвуют в выставке. Астане в определенной степени повезло. Российский Екатеринбург подавал заявку на проведение Всемирной универсальной выставки в 2020-м году. Победить не получилось, выиграл Дубай.

Также хочется отметить, что ЭКСПО – это не просто желание страны реализовать свои нерастраченные амбиции. В послании Президента РК Нурсултана Назарбаева «Стратегия «Казахстан-2050»: новый политический курс состоявшегося государства» от 2012 г. отмечено, что в рамках повышения глобальной энергетической безопасности все развитые страны увеличивают объемы инвестиций в альтернативные и «зеленые» энергетические технологии. Также сделано предположение, что «к 2050 г. их применение позволит генерировать до 50% всей потребляемой энергии». В 2013 г. Президентом РК был подписан Указ «О Концепции по переходу РК к «зеленой экономике».

В рамках этой политики страна выиграла право на проведение ЭКСПО-2017. Тема, которую предложили, исходила от Казахстана, никто ему ее не навязывал. Казахстан надеялся, что эта выставка привлечет новые технологии в страну, которые станут основой для развития альтернативной энергии. Пока в Казахстане доля возобновляемых источников энергии всего около 1 процента. Сама Астана в основном углем отапливается. Но перспективы есть. Развитие ВИЭ в Казахстане - рентабельно и выгодно.

Еще один момент, который хочется подчеркнуть. ЭКСПО - это мягкая сила Казахстана в нынешнем году. И развивая выставочную инфраструктуру, культуру, коммуникации, Казахстан все же свой имидж значительно улучшает и активно интегрируется в мировые процессы. Например, недавно я посещал Польшу, а поляки тоже хотят специализированную выставку ЭКСПО провести в 2022 году в городе Лодзь. И они говорили о том, что будут использовать опыт Астаны в проведении мероприятий специализированной выставки, если они выиграют.

В ходе проведения этой выставки и подготовке к ней новая концепция ЭКСПО-дипломатии возникла, которая понимается как совокупность каких-то связей, не только дипломатических мероприятий, но также культурных, политических, научно-технических. Не секрет, что огромное количество людей было задействовано в привлечении стран, международных организаций. Например, впервые павильон ШОС отдельно представлен на таком мероприятии, как ЭКСПО.

Вообще, выставочная деятельность за рубежом в современном мире выступает одним из локомотивов мировой экономики. Такие страны-лидеры в этой сфере, как США, Германия и Китай выделяют на это огромные суммы. Например, ежегодно американские предприятия осуществляют затраты на участие в торговых выставках в размере около 60 млрд. долларов. Причем эти данные не являются свежими. Причем выставочная деятельность глобализируется, привлекается максимальное число участников. Дело даже не столько в сумме прибыли, полученной за аренду площадей, продаже билетов. Важно еще и построение контактов, возможность привлечения новых технологий и продвижение своих товаров на иностранные рынки.

Выставочная индустрия имеет далекую историческую перспективу, если брать еще средневековые ярмарки, как предтечи. Самому ЭКСПО более 160 лет. И неслучайно первая выставка прошла в Великобритании, которая в то время была великой и самой богатой имперской державой, «мастерской Европы». Великобритания стремилась к свободе международной торговли и раньше других осознала плодотворность и перспективы подобных глобальных мероприятий. Под патронажем принца Альберта проводилась выставка в 1851 году. Такой серьезный задел был сделан на будущее.

Сегодня суть выставок начинает меняться. Если раньше на повестке были торговые контакты, технологические вопросы, очень много было представлено товаров впервые, изобретений, то сейчас миссией выставок становятся на проблемы экологии и взаимодействия человека с природой. Например, в Милане-2015 тема звучала так: «Накормить планету, энергия для жизни». Кроме того, ЭКСПО не ограничиваются лишь выставками технических новинок, это  еще и уникальное культурное событие. Например, благодаря инновационной архитектуре комплекс каждой всемирной выставки уже является достопримечательностью сам по себе. Прямо или косвенно всемирные выставки оказали воздействие на многие стороны экономической, научной и культурной жизни организующих их стран.

 

Владислав Юрицын, политический обозреватель Интернет-газеты Zonakz.net.

Журналисты обратили внимание на то, что с туалетами были проблемы. А туалеты – это же вообще маркер цивилизационных возможностей. На ЭКСПО туалеты есть. Если уж смогли с общественными туалетами, то с энергией будущего точно справятся, потому что это вещь принципиальная.

С момента начала ЭКСПО, каждое второе слово про Казахстан – это про ЭКСПО. Поэтому как факт, это событие масштабное. Что касается людей, то тут общество разделилось на три части: кто там не был, переживают о том, сколько денег потрачено; а кто там был, говорят, что интересно; ну а любители культуры вообще в восторге. Есть люди, которые поехали в Астану смотреть культурную программу, а не по павильонам ходить. Я не знаю, сколько от нее вреда будет, но вот польза очевидна. Это просветительская миссия.

 

Джанибек Сулеев, web-издатель

Основная критика ЭКСПО идет о потраченных средствах и т.д. Но, если бы не было ЭКСПО, деньги все равно «потратили» бы, но ничего не построили. Плюсы есть. Но вот что будет дальше с эксплуатацией этих павильонов? Может, пригласить в некоторые из них кулинаров и поваров, и чтобы они работали без налогов года три, чтобы наша гастрономия, народная кухня стала неким продуктом туризма?

 

Евгений Пастухов, заместитель главного редактора журнала «Центр Азии»

Одна из замечательных функций ЭКСПО - просветительская функция. Мы все знаем, какое большое количество казахстанцев ездят за рубеж. Но давайте поговорим о качестве этого туризма: это, как правило, курорт на море и все. Кто любит культурный туризм? Кто ходит в музеи, на выставки? Единицы. В этой связи ЭКСПО – это возможность для молодого поколения, для школьников увидеть то, что они в других обстоятельствах мало где посмотрят и увидят.

Сейчас уже неважно, сколько денег было потрачено. Нужно рассматривать их как инвестиции в образование. Это похоже на американские стартапы. Инвестор выдает 10 стартапам по 100 тысяч долларов, девять из них умирают, а 10-й выстреливает и приносит, допустим, 300 млн долларов.

Давайте рассматривать ЭКСПО в том числе как образовательную функцию, познавательно-развлекательную. Если молодежь увидит, что такое энергия будущего, как это все работает, может быть, завтра она вдохновится на новые идеи и решения.

 

Адиль Каукенов, политолог, L.L.M., директор Центра китайских исследований CHINA CENTER

Часто нашу выставку в Астане сравнивают с выставкой в Шанхае 2010 года. Шанхайская выставка была очень успешной как с финансовой стороны, так и со стороны странового и прочего пиара.

Я обратил внимание, какое влияние ЭКСПО оказало на Шанхай. В нем порядка 30 млн населения, город очень большой. ЭКСПО оказало не только на него влияние, но и на весь Китай. Один из самых главных элементов - это инфраструктура. В первую очередь подвели под международный стандарт такси. До этого в Шанхае были популярными старые «Фольксваген Сантана» конца 70-х – начала 80-х годов выпуска. Очень надежный автомобиль, но с точки зрения пассажира некомфортабельный. Например, из-за того, что газовое оборудование таксисты размещали в багажнике, приходилось чемодан везти на коленях, если больше одного пассажира в одном авто едет. Перед ЭКСПО заменили автопарк служб такси на 70 процентов. Даже сейчас я, бывая там, прошу прислать мне такси по ЭКСПО-стандарту, а не по внутреннему.

Да и сами стандарты того, как обслуживают, как павильоны обустроены, оказались высоки. Так самим китайцам понравилось, что по всей стране теперь проводятся многочисленные выставки с вариациями ЭКСПО в названиях.

Китайцы, когда выбирали город для проведения выставки, не стали выбирать Пекин. Исходили из того, сколько людей ее должны посетить, чтобы это было финансово и экономически выгодно. Выбрали Шанхай, потому что туда можно было легко добраться всеми возможными путями, там отличная транспортная инфраструктура, очень много офисов иностранных фирм.

Второй позитивный эффект ЭКСПО – это то, с чего началась в Китае так называемая «туалетная революция». Это была серьезная национальная программа. В начале двухтысячных была тяжелая ситуация с туалетами, особенно для туристов. Их либо не было, либо они были платными и грязными. В частности, в связи с ЭКСПО, чтобы устранить эти вещи, потому что туристы жаловались, стартовала программа, когда в каждом квартале построили бесплатные туалеты. Началось это в Шанхае и распространилось на весь Китай. Это дало толчок для бизнеса, потому что некоторые рестораны, например, перестали тратиться на создание туалетов. Ведь напротив есть общественные бесплатные. Так мы видим мультипликативный эффект в самых неожиданных сферах.

И вот наша выставка при всей критике, при минусах по затраченным деньгам и прочему, тем не менее - это шаг вперед к какому-то новому стандарту. Хорошо прозябать в своем болоте. Наш вот этот пиетет перед иностранцами в целом не так уж и плох. Нам перед собой и друг перед другом не стыдно. Но для туристов-иностранцев давайте сделаем, а сами потом будем пользоваться. В Китае именно этим путем и пошли. Для туристов сделали, а потом поняли, что самим от этого хорошо.

Еще один момент - это отработка различных нюансов. Например, ситуация с журналистом Джеймсом Палмером, реакция на его статью была чрезмерной, странной. Но все равно это показатель. И я надеюсь, что большинство сделало правильные выводы, поняли, как правильно реагировать, каким должен быть кризисный PR-менеджмент. От чего на того же Палмера была такая реакция? У нас же не привыкли, что приезжают журналисты и пишут, как им хочется. И не знают, как PR-менеджмент должен на это реагировать. Самый простой способ – запретим, закроем, заблокируем.

В Китае было понимание, что основной турист будет внутренним. В Казахстане это осознание пришло позже. В самом начале назывались цифры 5 млн иностранных гостей, потом 3 млн, потом 2 млн. На данный момент пришло понимание, что основной посетитель выставки – это казахстанец. Иностранцы – это не будут французы, американцы, перуанцы. Это будут представители ближнего нашего зарубежья, в частности, россияне. Так как работа с Китаем была проведена недостаточно, китайцев будет не так много. И на самом деле город не был готов даже к вот этому. Видели фотографии перед рестораном «Турандот»? Огромная очередь китайцев, они не могут попасть в китайский ресторан.

На одной из наших встреч мы обсуждали туризм. Вот выставка ЭКСПО – это опыт, который за другие деньги не купить. Еще один кейс, который показывает, что наш турист – это внутренний, а также из ближнего зарубежья.

Я согласен с тем, что если бы ЭКСПО проходила в Алматы, то с финансовой и других точек зрения она могла быть более успешной, потому что вы видели, как прошла Универсиада. Население в Алматы большое, платежеспособное, оно скучает по ивентам. Важно понимать, что Алматы остается и является экономическим центром страны. И надо проводить больше мероприятий там, где деньги страны сосредоточены.

 

Андрей Хан, главный научный сотрудник Центра военно-стратегических исследований

Если сравнивать выставку в Шанхае и в Астане, то вот какие имеются наблюдения. В Китае в 2008 году была Олимпиада, следующим шагом было проведение ЭКСПО, а у нас Универсиада и малое ЭКСПО. Мы в этом похожи и наш путь последовательный, мы стремимся к тому, чтобы соответствовать требованиям интеграции культурной, политической, экономической, имиджевой. Конечно же, стартовые позиции Шанхая с Астаной не соизмеримы. Ведь и до ЭКСПО Шанхай был крупнейшим финансовым центром Юго-Восточной Азии. Там и до этого было туристов множество. Шанхай располагал возможностями, чтобы принять десятки миллионов туристов.

Казахстан, я думаю, долго изучал опыт, выбрал оптимальный путь. Что касается темы туалетов…  Думаю, что Южная Корея – лидер по тому, что связано с туалетами, их высоким качеством. У них есть конкурсы и призы за качество туалетов. Их великое множество, они повсюду. Причем все они бесплатные. В этом смысле это показатель зеленой экономики.

Мы говорим о том, что Алматы был бы лучше для ЭКСПО. Факторы были перечислены. Действительно, где располагать такую выставку? В Южной Корее ее расположили в маленьком городке Ёсу, выставка проходила с 12 мая по 12 августа 2012 года. Тема ЭКСПО: «Живой океан и побережье», и в этом прибрежном городке построили всю необходимую инфраструктуру. Это посчитали как возможность дополнительного развития региона. Посетило 8 млн. человек, много не ожидали. Основная ставка была сделана на внутренних посетителей.

Если мы говорим об Астане, то там не хватает всяких инфраструктурных объектов, решено было построить еще один такой большой, который будет использоваться. Идея сделать город больше, важнее, красивей доминировала.

Конечно, в каких-то разных долях все функции ЭКСПО, которые перечислили, в том числе, просветительская, политическая, интеграционная, все они присутствуют. Но сколько детей сможет посетить выставку по тем, ценам, которые установлены?

Открытие произвело впечатление. Серьезный политический уровень представительства – высоких гостей было очень много, это важно. Это действительно создает имидж. Мне кажется, что у этой выставки есть одна единственная и самая главная функция – имиджевая. Все остальные факультативные. С этой точки зрения, если мы говорим об эффективности проведения выставки, мы должны понять, насколько имидж Астаны после этого должен вырасти и вырос в глазах мировой общественности, насколько Астана стала узнаваема и т.д.

Мы знаем о том, что выставка проходит не без проблем, не без огрехов. Очень сильно торопились, не успевали, были проблемы. Но все-таки мероприятие состоялось и продолжается.

 

Антон Морозов, к.п.н., политолог

Озвучили мы и позитивные моменты, и негативные. Ну, вот что касается коррупции, да. Коррупционный скандал, невероятные суммы, 22 человека получили сроки. Характерная история, но не только для нас. Помнится, в Милане тоже 7 человек после ЭКСПО получили сроки. Видимо это дух выставки так влияет на людей.

Но мы также увидели уровень профессионализма и государственного менеджмента. Кто-то из управленцев себя показал очень хорошо. Например, Ахметжан Есимов, когда было «все украдено до нас», образно говоря, везде «дикие развалины», он пришел, все поправил и запустил эту выставку. Т.е. как  кризис-менеджер он себя проявил.

С другой стороны некоторые кейсы показывают, что не все чиновники и управленцы у нас обладают необходимыми компетенциями.

Надо еще вспомнить, что борьбу за право проведения ЭКСПО назвать конкурентной было бы преувеличением. Только с бельгийским Льежем конкурировали - 103 голоса было за Казахстан, 44 против.

Почему такой отрыв? Мне кажется, здесь несколько факторов. Во-первых, за год до этого был теракт в Льеже. Такие вещи не забываются. И на этом фоне Астана смотрелась выигрышно.

Во-вторых, ЭКСПО проводилось под гарантии президента. На заседании Международного бюро выставок было заслушано видеообращение президента, который дал гарантии, что, если Астану выберут, мероприятие пройдет на высоком уровне.

Это также можно рассматривать как аванс для Казахстана, сможет ли постсоветское государство провести мероприятие такого уровня. В общем-то показали, что да, сможет.

Поскольку проект масштабный, он не мог пройти абсолютно ровно, хорошо, радужно. Про коррупцию мы сказали. ЭКСПО оказалось не слишком везучим. Одна из строительных конструкций зимой рухнула. Конструкция весом 240 тонн, в длину 90 метров и говорят, что это декоративная решетка… Это вызвало сарказм наблюдателей, ухмылки.

С талисманами история была также забавная.

До сих пор неясно, действительно выселили асоциальные элементы за 101-й километр, по примеру той же московской олимпиады, или нет. Даже несмотря на то, что официальное опровержение было от МВД.

Ну и, наконец, вопрос о добровольно-принудительном стимулировании посещения ЭКСПО. Приводится много случаев, когда людям приходилось покупать 20-30 билетов. Примерно по такой же схеме, как оформляются  подписки на областные газеты. Просто волевое решение: купите билеты и раздайте сотрудникам, а поедут или не поедут – это неважно, дело ваше. Естественно, сотрудникам никто это как командировку не оформит. Билеты куплены, учтены в статистке, но не все эти люди поедут. Это к вопросу количества проданных билетов и реальных посещений. Что касается позитивных сторон: мы в очередной раз показали, что мероприятия международного уровня мы организовать, провести и принять в состоянии.

Еще один важный момент – это наследие ЭКСПО. То же самое, как наследие Универсиады. Это не только выставочный комплекс, «Нур Алем», но это еще и новый вокзал, новый терминал аэропорта, новые автобусные линии.

Еще один социальный аспект выставки - порядка 50 тысяч человек было задействовано и обеспечено работой.

Вообще сложилось такое впечатление, что большинство соотечественников действуют по известной рекомендации: если ЭКСПО избежать не удалось, остается расслабиться и попытаться получить удовольствие.

 

Пастухов: На самом деле мы даже не знаем, как нам ЭКСПО аукнется. Сколько Эйфелеву башню в Париже ругали, а сейчас это символ города. Атомиум в Брюсселе уже разваливается, но его постоянно чинят, потому что это тоже один из символов бельгийской столицы. Ну, кто знает, вдруг через 10 лет «Нур Алем» станет символом.

Любое такое мероприятие вызывает разные эмоции и чувства. Нет такого, чтобы все говорили: да, это круто. Может, только в США, потому что там видно прикладное отношение государства. ЭКСПО - это значит торговые отношения, внедрение инноваций и т.д.

Для нас это был некий вызов. Впервые в Евразии, впервые на постсоветском пространстве. Впервые в Центральной Азии и впервые в Казахстане.

С точки зрения имиджа это весомо. Главное, чтобы мы этого не потеряли, главное, чтобы ЭКСПО не было ради ЭКСПО, потому что у нас есть такой подход – провели и забыли. Председательство в ОБСЕ - громко было, а потом вспоминают, как было круто, а дальше успокоились. Вот наше отличие между западным подходом к этим вещам и нашим подходом. Хотелось бы, чтобы наше ЭКСПО было проектом долгоиграющим для страны. Неважно, сколько мы подпишем договоров. Может, лучше действительно сравнивать со стартапом. Может, 90 процентов не даст плодов, но чтобы 10 процентов дали эффект. Пусть это будут не денежные возвращения. Вот, например, выступление цирка Дю Солей – всемирная редкость, а у нас они дают 71 представление.

 

Олег Белов, журналист и режиссер, обозреватель газеты «Аргументы и факты - Казахстан»

Я хотел бы напомнить девиз ЭКСПО – «энергия будущего». Парадокс в том, что Никола Тесла открыл энергию будущего еще 100 лет назад, но она до сих пор не востребована. Потому что ни американские корпорации, ни появившийся Советский Союз не смогли воспринять идею предоставлять людям бесплатно энергию, которая находится вокруг нас. Если бы Никола Тесла перенесся в наш век, он увидел бы, что мир и сегодня не готов к этому. Но, тем не менее, мы должны за это бороться, хотя, скорее всего энергию будущего мы увидим только тогда, когда нынешние владельцы нефтяной энергии научатся зарабатывать на ней деньги.

Тем не менее, я считаю, что это исторический год, это большое счастье для нас видеть, как творится история. Впервые в СНГ прошла Зимняя Универсиада, впервые ЭКСПО – это большой вызов, я бы сказал, что это имиджевая инициация для Казахстана. ЭКСПО началось очень удачно – шестерка стран ШОС превратилась в восьмерку, полтора миллиарда людей сразу прибавилось. И произошло это в Астане. Я считаю, что это колоссальное начало для ЭКСПО, удачнее начала не придумать.

Вспомним, сколько мы получили от Универсиады. В целом она прошла успешно, я считаю, что это большой шаг вперед после Азиады. Но Алматы – это по-прежнему единственный город в мире, в котором есть метро, но оно не доходит ни до ж/д вокзала, ни до автовокзала, ни до аэропорта, ни до главного стадиона Алматы Арена. Это парадокс. Это показывает, что планирование этих событий больше ориентировано на внешний лоск. Да, мы построим большую Арену, большой ЭКСПО-центр, а как будут добираться до объектов люди, насколько им будет комфортно,  и что будет с инфраструктурой, это волнует организаторов не очень сильно.

Я был на ЭКСПО в Ганновере в 2000 году. Она проходила под девизом «Человек-природа-техника».  Потрясающая организация транспорта. До самой выставки можно было доехать без проблем на метро и городском трамвае из любой точки города. По самой выставке, которая была гораздо больше астанинской, была проложена канатная дорога. Ты словно попадаешь в мир будущего. Можно было увидеть шедевры кинематографии, театрального искусства. Чего, кстати, в Астане хватает. Astana Art Fest идет с большим размахом. Впервые будет проходить не 3 дня, а 3 месяца.

Но с чего начинается ЭКСПО? С аэропорта. И если вас там встречают «бомбилы» и предлагают довезти за 40 тысяч тенге, то это не тот сервис, на который рассчитан мировой туризм. У нас не создана система для свободного перемещения приезжающего в нашу страну человека.

Мы получаем колоссальный шанс для туризма. Одна из тем ЭКСПО - «Туризм и энергия будущего». Там будут рассказывать об отелях будущего, где человек открывает дверь, идет по полу номера и вырабатывается энергия. Эта реальность, которая наступит очень скоро. Но что касается туризма, то мы вряд ли получим поток туристов, которые поедут из Астаны куда-то по Казахстану, потому что у нас нет скоростных поездов. Показательно, что поезд КТЖ из Алматы на озеро Алаколь на станции Актогай стоит около 5 часов. За 5 часов обычный китайский скоростной поезд преодолевает 1500 км. Мы могли бы из Астаны свозить людей на Байконур, в Туркестан, на Алтай, Алаколь, в Алматы, но большинство не получит эту возможность, потому что у нас нет энергии сокращения расстояний.

В настоящий момент имиджевая составляющая ЭКСПО превалирует. Я думаю, люди будут по-разному относиться к этому событию, и воспринимать это шарообразное здание – либо они будут ассоциировать его со звездой из «Звездных войн», либо будут ассоциировать его с земным шаром, где все люди вместе решают общие проблемы. Но это будет зависеть от того, насколько ЭКСПО будет обращено к самим казахстанцам.

 

Мадина Нургалиева, руководитель представительства Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК в Алматы

В последнее время наблюдаю  тенденцию появления новых комбинированных слов с «привязкой» к ЭКСПО: ЭКСПО-дипломатия, ЭКСПО-результаты, ЭКСПО-усилия и все, что угодно.

Я бы хотела оттолкнуться от выступления Евгения Пастухова по поводу созидательной функции ЭКСПО. Мне кажется, это очень близко с нашей внутриполитической линией и модернизацией сознания. Если смиксовать эти две вещи, я думаю, будет очень хороший эффект.

Если говорить о прагматическом подходе, то некий позитивный эффект уже есть и он будет еще проявляться как минимум на базовом прикладном уровне, типа улучшения ситуации с общественными туалетами, такси и общественным транспортом, уровнем сервиса, качестве обслуживания в гостиницах и т.д.

Очень важный элемент – это городское пространство и его развитие. Астана, с учетом ее территориального устройства  – левый берег и правый берег – требует более пристального подхода и внимания, там очень много своих тонкостей.

К слову, я на прошлой неделе была в Астане, и мне посчастливилось уезжать с нового вокзала «Нурлы жол». Я на самом деле впечатлена. Несмотря на то, что эффект стройки еще присутствует,  но ты оказываешься в непривычном евростандарте, например, развитая индустрия фаст-фуда, чем-то напоминает большой ТРЦ.

Кроме того, фиксируется такая тенденция, когда Казахстан все активней начинает принимать участие и конкурировать с другими городами и странами за право проводить у себя международные мероприятия. Безусловно, ЭКСПО, самое крупное из них, но у нас уже есть позитивный опыт проведения спортивных мероприятий. Такая практика в целом направлена на повышение узнаваемости РК за рубежом.

Что касается индустрии выставок, то, думаю, что у нас еще не до конца оценена эта сфера. Она будет еще иметь перспективы к развитию. Если вспомните, у нас популярны  выставки KIOGE, набирают обороты медицинские выставки – KIHE и др. Они достаточно крупные и экономически эффективные.

Согласна с тем, что ЭКСПО будет иметь больше социогуманитарный эффект, нежели экономический. Могу предположить, что государство или возможно крупные бизнес-компании к августу организуют  какие-то скидки или акции для социально уязвимых слоев населения для посещения выставки. Таким образом, больше детей смогут посетить ЭКСПО. Шансы реализации такого сценария возрастут, если будет стоять цель превысить запланированное число посетителей ЭКСПО. Это можно также рассматривать в качестве дополнительного PR-бонуса, PR-хода.

Что касается имиджевых вещей. Последний кейс очень активно сейчас разбирается. Вчера я смотрела, как Асель Караулова и Аида Досаева разбирали этот кейс с Джеймсом Палмером и Сергеем Куяновым на Медиаметрикс.кз. Вместе с тем, на мой субъективный взгляд, это прогнозируемые вещи, мы должны были предвидеть и ожидать критику на международном уровне, нужно было заранее быть готовыми к тому, чтобы «отбрасывать эти мячи».

В марте я наткнулась на такую статью о том, что Илон Маск, основатель Теслы, в Твиттере запускает крупный проект: его компания в состоянии сделать энергохранилище на 100 МВт-ч в Австралии за 100 дней стоимостью 25 млн долларов. Сейчас ведутся переговоры. Другая компания готова сделать аналогичный проект за 75 млн долларов к лету 2018 года. К слову, Тесла реализовала аналогичный проект в Калифорнии – 15 тысяч домов, которые были обеспечены энергией – был реализован за 3,5 месяца. С учетом тематики Казахстана, если бы мы вышли на какой-нибудь приближенный реальный проект, то это было бы очень круто.

 

Гуссарова: сколько Китаю понадобилось лет на то, чтобы перестроиться на эти позитивные моменты?

 

Каукенов: Достаточно быстро. Там стартовые возможности были изначально. Например, во время Олимпиады-2008 запретили плеваться, штрафовали. Затем выяснили, что общественный туалет – это все же лицо страны. Перестройка не шла за один год. Но вот эти все события, международные мероприятия стимулировали изменения. Сейчас в Китае, чтобы человек ездил на бензиновом мотоцикле или мотороллере, такое встречается редко. Все пересели на электроскутеры. Не пересели только ретрограды. На тот момент, когда мы выиграли право проведения ЭКСПО, у нас были деньги. А потом их стало меньше. Так что, возможно, плюсов от ЭКСПО у нас было бы еще больше.

 

Андрей Чеботарев, к.п.н., директор Центра актуальных исследований «Альтернатива»

В политическом отношении ЭКСПО-2017 стало одним из серьезных факторов казахстанской внешней политики. Только за последний год в ходе международных встреч на уровне президента, премьер-министра, главы МИД и т.д. тема ЭКСПО и участия в ней соответствующей страны была обязательной в ходе переговоров. При этом Казахстан получил здесь хорошую возможность «протестировать» своих разных внешнеполитических партнеров на определенную лояльность к себе с точки зрения их участия или неучастия в выставке.

Кроме того, президент неоднократно ставил перед дипломатами задачи экономического характера, включая установление полезных связей за рубежом, привлечение потенциальных инвесторов в экономику республики и т.д. В связи с этим подготовка к проведению ЭКСПО-2017 предоставила дипломатам хорошие возможности для совершенствования своих навыков по налаживанию контактов и привлечению в Казахстан туристов, предпринимателей и т.д.

Если говорить об ЭКСПО, как об инструменте интеграции, понятно, что выставка впервые прошла на территории постсоветского пространства в целом и ЕАЭС, в частности. Однако это не значит, что ее проведение повлияет на улучшение деятельности союза. Там много других вопросов следует решить, чтобы прийти к этому. Так что ЭКСПО-2017 несет главным образом  имиджевую составляющую и пока только для нашей страны. Причем этот процесс, как уже отмечали, идет с определенными сбоями. Следует, к примеру, вспомнить прошлогоднее сообщение о намерении Банка развития Казахстана привлечь 15 млрд.  тенге из средств Единого накопительного пенсионного фонда (ЕНПФ) для финансирования строительства определенных объектов на территории ЭКСПО. И, учитывая непростую ситуацию в отечественной пенсионной системе, эта новость вызвала негативную реакцию в обществе.  Тем более, что до сих пор неизвестно, насколько окупится проведение выставки для бюджета страны.

Безусловно, что в связи с ЭКСПО-2017 имидж Казахстана растет. Однако пока что речь идет о краткосрочном эффекте. Хотя желательно приложить все усилия, чтобы этот эффект действовал на долгосрочную перспективу. Если взять, к примеру, председательство Казахстана в ОБСЕ, то оно практически закончилось только поведением саммита в Астане. Саммит провели и буквально через несколько дней забыли. То же самое может случиться и с ЭКСПО, если по ее завершению не будет проведена определенная работа.

 

Анна Гуссарова, руководитель Центральноазиатского института стратегических исследований, старший преподаватель Казахстанско-Немецкого университета в Алматы

Соглашусь по всем пунктам. Пыталась накидать плюсы и минусы ЭКСПО. Чистых плюсов и минусов нет. Отмечу то, что еще не сказали.

За период проведения ЭКСПО у нас пока еще никого из соцсетей не наказали в плане критики. И я надеюсь, что в течение этих трех  месяцев и после ЭКСПО политика в отношении свободы мысли и критики не поменяется. И это было бы хорошо, потому что сейчас многие могут позволить себе критические высказывания в соцсетях. Очевидно, что ситуацию мониторят, но пока она жестко не контролируется.

Что касается пиара и кризисных коммуникационных технологий, то здесь абсолютно не сработали. Палмеровская логика такая же, как и у Бората: плохой пиар – это тоже пиар. А на государственном уровне реакция, наверное, должна быть? Потому что по недавнему российскому предложению об участии наших войск в Сирии среагировали достаточно оперативно. А на статью Джеймса Палмера среагировали, хотя и не надо было. Многие пиарщики все чаще приходят к единому мнению о том, что, если, к примеру, американцев критикуют в соцсетях, они просто не реагируют. И эта фишка работает.

Что касается мягкой силы. Мы часто говорим о том, что успех какого-либо казахстанца, независимо от этнической, религиозной и прочей принадлежности – это мягкая сила Казахстана. Но по ЭКСПО не могу с этим согласиться, поскольку государственный проект направлен на имидж, а не на людей. Проект больше направлен на продвижение и становление Астаны. Хотя Астану и так уже многие знают. На внешнем уровне эта мягкая сила работает великолепно, внутри она совсем не работает. И это плохо.

ЭКСПО для меня неинтересно, поскольку была заявка об энергии будущего. Но энергии как таковой нет, судя по комментариям и репортажам, а ее будущее под вопросом. Технологии, которые обещались, планировались, хотелись, остаются под огромным вопросом. И многие павильоны об этом четко говорят. Складывается ощущение, что некоторые представители дипломатического корпуса, который сейчас участвует, несерьезно отнеслись к представлению своей страны в павильонах. Многое в итоге свелось к культурным песням и пляскам. Это хорошо, но тематика же другая.

 

Аскар Нурша, к.и.н., руководитель алматинского офиса Института мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента РК.

ЭКСПО – это то зеркало, в котором проявились все плюсы и слабые места в концентрированном виде. Я хотел бы поговорить об уроках.

Первое. Адиль Каукенов сравнивает наше ЭКСПО с Шанхайским. А мне хотелось бы сравнить еще с Олимпиадой в Москве 1980 года. Хоть мы и ругаем Советский Союз, но какие-то мотивы и мышление советское у нас остались. И Олимпиада, и ЭКСПО, да, это действительно инвестиции в развитие. Но они строились не для того, чтобы достичь прибыли. И главный урок для нас состоит в том, что нам нужно работать, надо модернизировать свое сознание, надо ставить все на экономические рельсы и сделать это дело прибыльным. Потому что Олимпиада в Москве оказалось убыточной. А Олимпиады в Японии, странах Европы, они в те годы активно давали прибыль. И нам также надо научиться, чтобы в будущем проведение подобных мероприятий  стало прибыльным делом.

Второе. ЭКСПО – это оценка нашему туризму, показатель его потенциала. Дело не только в ЭКСПО, я не думаю, что большой поток туристов может приехать куда-то еще в Казахстане. Сейчас мы к этому еще не готовы. Надо реально оценивать свои позиции и, может, строить единый туристический кластер с другими странами Центральной Азии. Развивать общие маршруты. В рамках этого общего кластера, вид Астаны, Чарынские каньоны, Устюрт – все это потрясающее и красивое в совокупности.

Третье. ЭКСПО – это оценка нашему транспорту. Далеко ходить не надо, возьму пример Москвы. Вот построили систему аэроэкспрессов до вокзалов в центре города. Давайте такой же построим в Алматы и Астане. И это решит многие проблемы и с таксистами, со всем другим. У России тоже можем многому поучиться.

Понятно, что в некоторых вещах мы были «на тонком льду» и думали, что лед нас выдержит. Но все равно, то скандал касательно 40 тысяч тенге за проезд с жадным таксистом, то еще что-то. Все эти вещи взаимосвязаны. Мы потратили очень много денег. Мы обеспечили материальное выражение успеха. Но мы чуть-чуть всегда не дорабатываем. Надо же уметь товар показывать лицом. А получается, что нам здесь многому еще учиться. Вот этот фактор реакции на статью Джеймса Палмера – аналог комплекса излишней исполнительности, излишняя реакция. Да, нужно было отреагировать на Палмера и его критичную статью. Но нужно было это сделать более эффективно, более изящно. Не так, как это было. Проблема не только в том, как мы коммуницируем с иностранцами, но и то, как мы коммуницируем с собственными журналистами.

То есть, занимаясь вопросом брендирования страны, надо понимать, что на первом месте все-таки стоят коммуникации, социальные и политические, надо учиться выстраивать отношения в этой области.

Наконец, еще один момент. Понятно, что финансисты у нас – люди платежеспособные. И если в помещениях ЭКСПО будет международный финансовый центр, то это как-то окупит расходы. Но я лично все же вижу использование зданий в качестве технопарка. Если бы содержание и оболочка совпали, на этом месте перспективно это развивать. Мы к ЭКСПО много чего готовили. А как мы подготовили науку к проведению ЭКСПО, какие были инвестиционные вливания в отдельные отрасли, которые потом могли бы стать нашим лицом? Например, ВИЭ. Какие были инвестиции туда, чтобы потом эти люди могли бы с гордостью представить национальные разработки – это тоже важно. 

 

Замир Каражанов, политолог, главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge

Хочу выделить три тренда: устойчивая политика, экономика, ну и с ЭКСПО всегда был связан инновационный тренд. Все это присутствует и все это проявляется. ЭКСПО еще не закончилось, выводы подождут.

По поводу политической части привлекает внимание тот факт, что самые большие экспозиции организовали Россия и Китай. Это говорит об отношении этих стран к Казахстану, о том, что эти страны считают Казахстан своим надежным стратегическим партнером в регионе.

Конечно, важно и то, что эта выставка проводится впервые на постсоветском пространстве, в Казахстане. Вспомним, что и в ОБСЕ мы были первым председателем из стран постсоветского пространства. Это говорит о Казахстане, как о стране, которая старается брендировать себя в качестве лидера. И это тоже является показателем отношения страны к мировым и глобальным трендам.

В Центральной Азии, если разобраться, кроме Казахстана, больше никто такими вещами не занимается. Это о многом говорит. Нам, казахстанцам, в этом плане повезло, мы смотрим немного по-другому на мир.

По части самой тематики выставки я думаю, что тема была выбрана актуальная. Весь мир и цивилизация развивались в зависимости от технологий и выработки энергии. Все технические революции производили эффекты на социальную сферу, на экономику и политику. Страны, как правило, выбивались вперед. И то, что Казахстан заявил такого рода тематику, она является актуальной. Тем более, что, когда была последний раз в мире энергетическая революция? В середине ХХ века, кода расщепление атома открыли. Лишь в последнее время идет акцент на электроэнергии и на то, что происходит с автомобильной промышленностью. Это интересная тема.

Надо учитывать еще один момент. Энергетика Казахстана, то, что Казахстан ставит вопросы об энергии будущего, это интересно, ведь у нас самих на данный момент источники энергии, это нефть, газ и уголь. Мы не совсем вписываемся в мировые тренды. Многие страны сегодня постепенно увеличивают доли солнечной энергии, ветровой. И в этом плане стоит большая задача, прежде всего для самого Казахстана.

Если рассматривать регион в целом, то возникает много интересных моментов. Например, Кыргызстан ставку делает на энергию воды. Это действительно зеленая энергия. Но для нашего региона проблема водно-энергетическая носит актуальный характер, влияет на устойчивое развитие региона, а в перспективе может серьезно сталкивать интересы. Надо взглянуть на видение наших соседних стран о том, как они видят будущее региона, как они собираются обеспечить свое устойчивое развитие, повышение качества жизни людей.

Один из интересных моментов заключается в том, что во время прохождения ЭКСПО, у нас проходил Астанинский экономический форум, где обсуждалась экономическая модель страны и региона. Мы говорим об энергии будущего, а на этом форуме была тематика «ловушки среднего дохода». Эти события, которые происходят на фоне ЭКСПО, постоянно заставляют сверять часы.

По поводу госслужбы тоже очень интересный момент. Я помню, что в советское время, когда такие международные мероприятия были, госорганы напрягали по части этики и поведения. Вот мы можем увидеть разницу, насколько советская практика и нынешняя отличаются. В Талдыкоргане подрались чиновник и бизнесмен. Такие вещи не должны происходить в период международных мероприятий.

По поводу инновационного тренда я склоняюсь к тому, что Россию и Казахстан очень многое объединяет. Мы все понимаем, что будущее не за углем и нефтью, а за инновационным развитием, потому что на самом деле источник богатства не только труд человеческий, но и знания. В данном случае у Казахстана и России есть очень хороший задел, где можно сотрудничать.

Россия очень интересный партнер для Казахстана. Россия в мировых рейтингах по инновационному развитию занимает далеко не последние места. Продукцию они делают не только военно-промышленного комплекса. Буквально в этом году самолет МС-21 совершил первый полет. Это самолет, в котором используются композитные материалы и современные технологии, что делает его конкурентоспособным на глобальном рынке. Почему бы Казахстану не участвовать в таких проектах? Очень много есть для нас партнерства и большие пространства для сотрудничества в инновационных сферах. Создание любого высокотехнологичного продукта требует участия большого количества людей и инновационных центров.

И если мы говорим об ЭКСПО, то в данном случае у нас есть повод говорить о сотрудничестве в инновационных сферах. Это не должно сводиться к какому-то имиджу. Раз уж мы являемся союзниками по ОДКБ и ЕАЭС, мы могли сотрудничать и в других проектах. У Казахстана тоже есть предприятия, которые могли бы участвовать в той же авиационной индустрии, пусть даже это будет обработка алюминиевых чушек для шасси самолетов.

Сергей Домнин, главный редактор делового журнала «Эксперт-Казахстан»

Очень точно сформулирована тема заседания. Действительно, тема «ЭКСПО-2017» – «Энергия будущего», а по существу это приглашение: «Вглядитесь в Казахстан».

На страничке Международного бюро выставок точно описано, для чего и кому нужен формат международной специализированной выставки - для городов, которые хотят сформировать или как-то по-новому взглянуть на свой бренд, показать себя миру. Эта задача актуальна и для Астаны. Как точно коллеги выразились, это страновой пиар в первую очередь, а все остальное - во вторую. Это самый главный шаг в продвижении бренда Астаны, а не какие-то там форумы, кусок от Азиады или что-то еще. Событий такого уровня как ЭКСПО ранее не было и, скорее всего, уже не будет в Астане, судя по тому, как ведут себя цены на нефть, какие у нас есть запасы нефти.

Подготовка к ЭКСПО запустила положительные вещи. Поскольку мы выиграли с темой возобновляемых источников энергии, перед властями возникла проблема: выиграть-то выиграли, но источники альтернативной энергии у нас не развивали. Малые ГЭС были, а ветроэлектростанций, которые были бы подключены к национальной электроэнергетической системе, нет. Правительство пересмотрело тарифы, создало схему поддержки возобновляемых источников энергии. Доля ВИЭ по-прежнему мала в общей генерации электроэнергии — меньше 1 процента, но новые мощности активно строятся.

С 2015 года начался перезапуск туристической отрасли. Начали создавать маршруты, в том числе через Астану. Столица должна была стать туристическим хабом для тех, кто приезжает на ЭКСПО.

Уже решена самая главная проблема задолго до завершения ЭКСПО – что делать с павильонами, которые построены. На части площадей будет Международный финансовый центр «Астана», на части площадей - технопарк Назарбаев Университета. Кажется, до сих пор идет строительство жилых комплексов. Положительный эффект это дало.

Не стоит забывать, что ЭКСПО стало самым крупным строительным объектом в Астане. В 2014 году начались строительные работы. И что очень важно, это произошло в кризисный период и давало импульс для экономики города, и она росла все это время, в том числе благодаря ЭКСПО и тому объему инвестиций, которые были вкачаны в проект.

Удалось подтянуть транспортную инфраструктуру столицы.

А негативные эффекты всегда были, никто не скрывал. Когда мы воспользовались темой ЭКСПО и вгляделись в Казахстан, увидели, что у нас расхищаются бюджетные средства, как у нас используется адмресурс, какие у нас качество и скорость строительства, насколько у нас высокотехнологичная страна — особенно в плане зеленых технологий. Я все ждал, когда достроят ли третью астанинскую ТЭЦ на угле или нет до начала ЭКСПО — не достроили.

Хотелось бы сказать о главном. Мне кажется, мы рассуждаем о полезности ЭКСПО, используя не совсем корректные, хотя и логичные доводы. Но напомню, что ЭКСПО — проект президента, который объявил о намерении получить право на проведение мероприятия в Астане на выставке в Сарагосе в 2008 году. Он продвигал проект, брал на ответственность перед Международным бюро выставок. На выборы столицы ЭКСПО-2017 в ноябре 2012 года глава государства приехал лично. Он сделал все для того, чтобы получить выставку и получил ее. Поэтому самый главный критерий того, насколько успешным оказался проект - остался ли президент им доволен. Пока видно, что он скорее доволен, чем нет. И это самое главное. Это пиковая точка в том, что он делает и продолжает делать для Астаны.

Средняя: 5 (2 оценок)

А почему  собственно и не так? Издержки есть, за миланский ЭКСПо 7 рыл село на кичу ихнюю. Для Астаны ЭКСПО было явно благом: - )))) 

Комментарии

Ну все ясно. ЭКСПО для разоренной стрын - на самом то деле пользительно. С чем всех и поздравим.

Правильно тут один из спикеров намекнул, что у нас и без ЭКСПО воруют. А тут как на  заказа: и поворовали и доброе дело сделали!

Вывод? ЭКСПО все равно благое дело для развития хотя бы Астаны!

Добавить комментарий

(If you're a human, don't change the following field)
Your first name.
(If you're a human, don't change the following field)
Your first name.
(If you're a human, don't change the following field)
Your first name.

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.