:: Рустем Жангожа. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ ОСНОВАНИЯ КОНЦЕПЦИИ ЕВРАЗИЙСКОГО СОЮЗА

Просмотров: 1,002 Рейтинг: 4.0

С точки зрения возникновения партикулярного понятия и самого направления исследования Евразийтва в качестве геополитической теории, известно, что она возникла в среде эмигрантской интеллигенции 20-х годы, как реакция на события 1917 года, и была направлена отнюдь не на оправдание большевизма, как централизованной авторитарной власти, но, в первую очередь, на использовании их методов сохранения территориальной целостности деформировавшейся Российской империи. Несмотря на то, что евразийцев, за, якобы, симпатии к большевикам, резко порицали такие научные и общественные авторитеты, как Н.А. Бердяев, И.А.Ильин и Г.П.Федотов, это течение российской культурологической и геополитической мысли внесло заметный вклад в осознание исторических судеб народов России, как некоей геополитической целостности.

Видными деятелями широкого дискурса евразийства, как геостратегической идеи, восходящей к отдельным высказываниям Ф.М. Достоевского и российских славянофилов, были такие известные ученые различных областей науки, как филолог и культуролог князь Н.С. Трубецкой,  историк Г.В.Вернадский,  географ П.Н.Савицкий, искусствовед П.П.Сувчинский, религиозный философ Г.В.Флоровский, историософ и географ Л.Н.Гумилев («последний евразиец, как он сам себя позиционировал) и другие.

Взгляды этих ученых, если рассматривать их в самом широком контексте, сводились к утверждениям о том, что Россия - не Европа и не Азия, а совершенно самобытная страна-континент Евразия с преобладанием в ней не европейского, а «азийского» («туранского»), более органичного для нее начала. При этом Европа, включая западное славянство, представлялась евразийцам отнюдь не образцом, а опасным для российской культуры фактором. Так, идеи представительной демократии, социализма и либерализма, по их убеждению, противопоказанные Евразии. По мнению евразийцев, они были искусственно имплементированы в Россию с европейского Запада. Российский социум уподоблялся, с их точки зрения, некой «симфонической личности», в которой православие, являясь системообразующим началом, не вступало в противоречие с другими, нехристианскими религиями и культурами, а плодотворно сосуществовало и интегрировалось с ними. В такой постановке христианство выступало не «элементом» определенной культуры, а активным «ферментом», привносимым в самые разнообразные религиозно-культурные и социальные страты (Н.Трубецкой). Подобно славянофилам, критикуя Европу и выступая против европоцентризма, евразийцы, те не менее, не грешили идеализацией бытия  великороссов, хотя и считали, что европейцы, обогнав россиян в экспериментальной науке, отстают от них в идеологии и нравственности.

Базовой позицией в доктрине евразийцев было их отношение к роли государства как к директивному координатору и институту принуждения, особенно необходимого в условиях Евразии, где либерализм и слабая власть, по их убеждению, оказывались уже по определению, неприемлемыми для большей части населения и системы государственного устройства.

Переосмысливая славянофильское понятие соборности, евразийцы считали наиболее подходящей для России формой государственного устройства идеократию и этатизм. Говоря иначе, такой принцип организации общества, когда избранный народом «правящий слой» консолидируется, благодаря идее (доктрине) и   жесткая авторитарная власть выступает инструментом ее реализации. Что, в российских условиях, репрезентуется отнюдь не большевистской версией марксизма, а традиционным православием. «Тот тип отбора, который, согласно евразийскому учению, ныне призван установиться в мире, и, в частности, в России-Евразии. - считал Н.Трубецкой, - называется идеократическим и отличается тем, что основным признаком, которым при этом отборе объединяются члены правящего слоя, является общность мировоззрения». (5)

Практическим осуществлением этого принципа евразийцы объясняли, в частности, организационными успехами большевиков, цинично подменивших православие квази-марксистской версией большевизма.

В качестве апологетов российской идеократической идеи, адепты Евразийства представляют интерес, в первую очередь, тем, что они ставили евразийскую многонациональную общность выше, каких бы то ни было, внутриполитических, в том числе и межнациональных и межконфессиональных, различий. Так, П.П.Сувчинский, провидчески обращаясь к гражданам будущей России, писал: «Отношение к Родине должно иметь аспект несоизмеримости со всеми внутри общественными отношениями; потеря этой установки ведет к гибели патриотической гордости и к утверждению беспомощно-индивидуальной гордыни и исключает возможность служения. А служить - это значит, поняв судьбу своей родины, волею творить ее < ... >. Необходимо во всей глубине пробудить историческую память России < ... >, которая за последние века стала мельчать, потеряла способность синтетически охватывать всю прошлую судьбу своей веры, культуры и государственности, перестала прошлое воскрешать в настоящем». (6)

Исходя из анализа текстов, посвященных концепции Евразийства, можно говорить о том, что она была создана представителями социально-философской и культурологической школы российских ученых-гуманитариев, оказавшихся в эмиграции, но пытающихся сохранить территориальную целостность Российской империи.

Можно по-разному, относиться к мировоззренческой позиции авторов евразийской концепции, но следует отметить, что, высокий интеллектуальный уровень, заданный ее идеологами (и, не в последнюю очередь, их высоким моральный авторитет в научном сообществе), обеспечил ее актуальность вплоть до наших дней.

Уже это обстоятельство побуждает современных ученых и политиков обращаться к теории Евразийства при разрешении вопроса о цивилизационной идентичности России как мультиэтнической, мультиконфессиональной и мультикультурной целостности. Более того, сегодня активизировались политические силы, которые, используя понятийный ряд и терминологическую лексику евразийцев, считают, что эта концепция имеет шансы стать основой национальной идеи России в ее геостратегическом развитии. 

В контексте исследуемой темы, следует отметить, что евразийская цивилизация на территории разрушающейся Российской империи, понималась основателями евразийской концепции как совокупность народов, сосуществующих в месторазвитии Евразия и объединенных общим местоположением, историей, культурными традициями и вытекающими из них тенденциями и артефактами. Хотя и различных по своему происхождению, языкам, религиям и традициям, однако имеющих общую по своей ментальности, типологию. Месторазвитием Евразии (Россия-Евразия) евразийцы называли территорию, совпадающую с территорией Российской Империи и ее правопреемника - СССР.

Евразийцы отмечали, что разделение этой территории на европейскую и азиатскую части по Уральскому хребту не оправдано с точки зрения  единой экосистемы и, соответственно, геостратегии. И европейская зона империи – до географической границы с Азией, и территории, расположенные в восточном и южном направлениях, относящиеся к Азии, по замечанию евразийцев, представляют собой гомогенные ландшафты, климатический режим, флору и фауну. В то же время, они подчеркивали, что существуют серьезные различия между географически-климатическими режимами зоны бывшей Российской империи и Восточной и Западной Европой. До границы Российской империи - мягкие зимы и умеренное лето, мозаично-дробный ландшафт, после границы Россией – пространство резко-континентального климата: суровые зимы, знойное лето и протяженные равнинные территории.

Тесная взаимообусловленность экосистемы и этногенеза (которая в последующем была детально разработана Л.Н.Гумилевым в его исследовании «Этногенез и биосфера Земли»), макро- и микро-климатические условия, влияющие на условия и образ жизни населения, в котором развивается цивилизация, представляют собой неотъемлемую часть «симфонической» личности цивилизации, выступили фактором, определяющим основные сиситемообразующие характеристики населения евразийского мега-пространства.

Поскольку тундра и пустыня слабо заселены, то доминантную основу народов Евразии составляют народы Леса и Степи. В своем большинстве это славянские (великороссы, украинцы, белорусы), тюркские, финно-угорские и монгольские (туранские) народы. Сосуществование в одном геополитическом и геостратегическом ареале, предполагающее тесную взаимосвязь хозяйственной, социальной и политической жизни, стало условием образования единой системы координат, некоей цивилизационной матрицей.

При всех различиях религиозных конфессий, верований и народных традиций, антропологических типов, происхождения народов Евразии, евразийцы находили и существенные сходства между ними. По их утверждению, антропологические типы евразийских народов представляются противоположными только при условии сравнения крайних представителей цепочки этих типов. К примеру, балтов и среднеазиатов. Если же сравнивать соседние типы -  балтов, белорусов, украинцев, северных и южных великороссов, татар, башкир, якутов (саха), алтайцев, казахов, узбеков, то вся цепочка генотипов образует «антропологическую линейку», в которой один генотип органично и плавно «перетекает» в другой. Что же касается национальных языков этносов и суб-этносов Евразии, то и они, при всем том, что принадлежат к разным языковым семьям, имеют схожие тенденции, прежде всего, в области фонологии. В доказательство этой компаративистской версии, Н. С. Трубецкой и Р. О. Якобсон разработали концепцию «языкового союза», который, в отличие от «языковой семьи», объединяет языки не по признаку происхождения, а по признаку географического соседства.

Что же касается конфессиональных различий народов Евразии, то, как для православных славян, так и для тюркских мусульман и ламаистов (бурятов, тувинцев, калмыков и монголов) - свойственны тесная взаимосвязь религии с бытом, стремление строить государственную политику и жизнь не на прагматизме, а на принципах идеократии.

Исходя из разработанной на основании приведенных наблюдений признаков и характеристик «евразийской системы координат», евразийцы делали вывод: а) с точки зрения геостратегии, Россия-Евразия не являются ни Европой, не Азией, и не их пересечением, но особой территорией - Евразией; б) народы Евразии не делятся на европейцев-славян и азиатов-туранцев, все они, по определению, являются евразийцами.

«Отцы-основатели» теории евразийства много сделали для того, чтобы показать неевропейскую, евразийскую природу самого великорусского этноса. Вопреки официальной российской/советской историософии, которая сформировалась в эпоху правления Романовых под влиянием западнических концепций и возводит великороссов только к восточным славянам, исключая при этом их азиатскую идентичность.

Кроме европейской составляющей, евразийцы указывали и на «туранские», восточные корни великороссов (выступающих на территории Евразии в качестве системообразующего супер-этноса). Евразийцы отмечали, что в жилах великороссов, кроме восточно-славянской, течет и тюркская, и финно-угорская, и даже монгольская кровь. Это же относится и к языку великороссов, в котором можно обнаружить обилие (очевидное и латентное) татарских заимствований. (7)

Российская политическая традиция евразийцами признавалась не столько европейской, сколько восточной, азиатской. Религия великороссов - восточное христианство, православие - более мистично, иррационально, нежели христианство западное и в этом сходна с религиями и верованиями Востока. Евразийцы считали, что великороссы должны избавиться от плена западнических идей, осознать, что они не являются европейцами и никто в Европе их таковыми и не считает, и на этом основании, принять свою близость к восточным народам как объективную данность. Следовательно, исходить из этого императива в формировании задач своего геостратегического развития.

Рассматривая периодизацию истории России, евразийцы выделяли несколько  периодов. Первый - государства кочевников (с первого тысячелетия до н. э. до 14 века н.э.), когда последовательно сменяли друг друга империи скифов, сарматов, гуннов, булгар, хазар и монгол. Правящим слоем там были кочевники, идеологией – в их понимании – язычество и шаманизм, которые они путали с неисследованной и доныне монотеистической религией -Тенгрианством. 

По классификации евразийцев, второй период российской истории – это эпоха великорусского доминирования в Евразии - с 14 в. по 1917 г.) -  Московское царство и Петербургская империя Романовых. Московское царство для евразийцев (как и для славянофилов) - кульминация русской истории. Но если славянофилы подчеркивали православный характер Московского царства, то евразийцы - его геополитическую и государственную преемственность с Золотой Ордой. Московское царство унаследовало все те земли, которые ранее входили в состав Золотой Орды. (9), Московское государство, подобно золотоордынскому, воплощало собой модель служилого государства, где все, начиная с крестьян и кончая аристократией, служат царю (или хану и где селекция правящего слоя осуществляется в зависимости от приверженности государство образующей идее. Это модель противоположна западному государству того времени с его договорными отношениями между феодалами и королем и феодалами и вассалами и значительного влияния происхождения на социальный статус человека.

Последнее обстоятельство, имплементированное в «социальное тело» российского общества, стало, по мнению евразийцев, главной причиной его раскола: дворянство стало чувствовать себя европейцами в «Азии», а простолюдины воспринимать свою собственную аристократию как инородную и чуждую социальную надстройку. Итогом внутреннего антагонизма между двумя основными сословиями российского общества стала Октябрьская Революция, которую евразийцы понимали как стихийный ответ русского народа и других народов Евразии на насильственную европеизацию.

Октябрьская революция открыла третий, советский период истории Евразии. Она, с точки зрения евразийцев, объективно была национально-освободительной. Свергнув немецкую династию и прозападный правящий класс, более трех веков правивших Россией, большевики вырвали страну из пут западного капитала, которые, превращавшего Россию в неявную колонию Запада. Однако в этой части своих суждений евразийцы впадали в очевидное противоречие. Октябрьский переворот в России возглавили коммуно-большевики - адепты радикальной западной идеи, не понимающие (и не принимающие) специфики России и неправильно трактующей ее геостратегический статус. Большевики восстановили территориальную целостность России как сверхдержавы, создали сильное, авторитарное, идеократическое государство, уничтожив походя национальную интеллигенцию, вопреки своим теориям марксизма и интернационализма, декларировавшего отмирание государства.

Евразийцы воспринимали как полезные находки – декларативный федерализм, однопартийную систему, комсомол, Советы. Позитивным евразийцы считали и то обстоятельство, что правящий слой теперь формировался из представителей всех народов и сословий Евразии. Однако евразийцы резко критиковали сами идеи коммунизма, считая их ложными и не применимыми по отношению к Евразии с ее культурной самостью. Они прогнозировали, что это несоответствие евразийского духа и западнической  идеи неотвратимо разрушит СССР. При этом, они наивно возлагали надежду на то, что Запад воспользуется дезинтеграцией евразийского пространства в своих целях, чтобы уничтожить СССР, дав, тем самым, импульс для возрождения Евразии, которая, вобрав все лучшее от советских институциональных реформ и вооружившись новой евразийской идеологией, возродится как государство.

Говоря о Евразии, как о геостратегическом пространстве и о евразийстве, как о масштабном геостратегическом и историко-культурном проекте, было бы справедливым осуществить анализ научного наследия российских исследователей П.П. Семенова-Тяньшаньского (1823-1914), Н.М. Пржевальского (1839-1888), В.Е.Грум-Гржимайло (1861-1921), Г.Н.Потанина (1835-1920), Н.М.Ядринцева (1842-1894), казаха Чокана Валиханова (1835-1865), якута Г.К.Ксенофонтова (1888-1938), В.В.Радлова (1837-1918), Н.И.Конрада (1891-1070), бурятов Доржи Банзанова (1822-1855) и Г.Ц.Цибикова (1873-1930) и еще целого ряда блестящих исследователей Евразии, как первопроходцев евразийской темы.

К сожалению, даже экспресс-анализ основных трудов этих ученых, подлинных основателей Евразийской теории, как историко-культурной целостности, а не как геополитической версии «либеральной империи», выходит далеко за пределы формата настоящей статьи. Вполне естественно и то, что современная генерация евразийцев (как они себя безосновательно называют), либо не знакомы с их научным наследием, либо сознательно игнорирует их по идеологическим соображениям. Между тем, комплексное исследование и реставрация идей, заложенных в трудах этих ученых, кроме собственно научной ценности, могла бы быть использована для гармонизации межэтнических, социальных и культурных отношений внутри геополитического пространства Евразии. Более того, подобного рода исследования могли бы стать мощным импульсом для подлинного возрождения Евразии, как полноправного субъекта мировой цивилизации.

Однако сколько-нибудь заметных тенденций исследований в этом направлении пока не замечается, а потому ограничусь некоторыми тезисами замалчиваемых официальной российской и советской наукой работ Г.Н.Потанина, касающихся его видения административного устройства Сибирского края. Отмечу при этом, что главной причиной забвения научного наследия Г.Потанина проистекала по причине его, так называемого, «автономизма» или «сибирского патриотизма», что, на мой взгляд, более соответствует гражданским позициям и мировоззрению ученого.

Григорий Потанин, как исследователь и гражданин, полагал, что оптимальная модель социально-политического и административного устройства евразийского пространства должна представлять собой горизонтальную систему самоуправления. Соответственно, политико-экономическими и историко-культурными  приоритетами для местного населения должны выступать ценности, сложившиеся, выработанные местными традициями и социально-культурными реалиями, а не привнесенные директивами, а значит и абстрактными и, в силу этого, чуждыми для системы хозяйствования, социума, культурных традиций и менталитета местного населения.

В письме своему коллеге и единомышленнику Н.М.Ядринцеву, Г.Потанин писал об устройстве Сибири по образцу Швейцарской конфедерации следующее: «Я хочу <…> показать, как хорошо бывает в маленьких государствах где все общественные деятели знают друг друга, где масса близко стоит к домашней жизни своих вождей, где и общественный деятель действует теоретик, часто далекий от жизни, а как участник местной жизни, где для каждого в общественных делах существует самый проницательный контроль» (10).

Во время своего пребывания в ссылке Г.Потанин пришел к окончательному выводу, что бюрократическое сознание нивелирует местные особенности и интересы. Он начинает работу над учебником по родиноведению: сначала ребенок должен знать и полюбить свой город и село, затем - область и лишь потом страну. Для каждой области должен быть свой учебник. (11)    

В процессе колонизации Сибири административная политика, не имея выраженного идеологического оформления, определялась задачами включения в российское подданство сибирских народов и закрепления новых территорий за Россией. Ее основные  установки отражали предшествующий опыт Московского княжества, по «собиранию» земель и взаимодействию с нерусскими (фино-угорскими) и неправославными народами Урала и Поволжья. В отношении покоренных народов, были также применены элементы политики Золотой Орды. При всей вариативности применительно к присоединению отдельных территорий и народов принципы административной политики в Сибири, на протяжении всего времени, практически не менялись. В их основе лежало сочетание сотрудничества, в первую очередь, с нерусскими военно-политическими элитами, и жесткими административными и репрессивными  мерами.

Одним из методов административного управления стало усиления административной роли родоплеменной знати. Принципы этой политики были заложены в инструкции С. Л. Владиславича-Рагузинского 1728 (13), которая была разработана для Забайкалья, но оказалась применима ко всей Сибири, развиты в указах 1730-50-х гг. и закреплены сенатской инструкцией 1763 секунд-майору А. Щербачеву, возглавившему т. н. Первую Ясачную комиссию. (14)

С начала XVIII века, в целях достижения конфессиональной сплоченности  населения Сибири и превращения аборигенов в полноценных подданных, стала проводиться политика их массовой и даже насильственной христианизации. К концу XVIII века были крещены основные сибирские народности, кроме тех, кто к тому времени приняли буддизм и ислам.

Избегая проблем в отношениях с буддизмом и исламом и чтобы поставить обе религии под контроль, власти вынуждены были изменить отношение к ним от неприязни (в начале XVIII в.) до их легитимизации (конец XVIII  в.).

Все эти и другие административные реформы привели к тому, что политика государства, по отношению к коренному населению Сибири стала более склонна к компромиссам. Однако она не устраняла полностью негативные последствия жесткого режима времен начала колонизации. В этот период массовый характер приняло занятие переселенцами-крестьянами земель коренного населения, что не давало оснований для взаимной комплиментарности между автохтонным населением и мигрантами. Широкое распространение получили обращение «иноземцев» в холопов и торговля ими, происходящие при полном попустительстве властей. (15)

Одним из базовых документов, регулирующих правовых поле Сибирского края был «Устав об управлении инородцев», в котором отразилось стремление примирить консервативно-охранительный курс самодержавия в отношении коренного населения с объективной потребностью в реформах, вызванных к жизни углублявшимся процессом интеграции его в систему общероссийских социальных и экономических связей.

Устав закреплял за коренными народами их земли, определял порядок и размеры взимания налогов, регулировал торговлю с русскими купцами, распространял на аборигенов уголовное законодательство. В отношении религии этот законодательный акт придерживался толерантности, хотя «иноверческое духовенство» ставилось под контроль полиции. В целом, Устав обеспечивал существование традиционного хозяйственно-экономического и социально-культурного уклада жизни, предусматривая при этом их неотвратимую ассимиляцию.

В своих основных положениях Устав действовал до 1917. Он не привел к полному исчезновению региональных особенностей, но способствовал их заметному нивелированию.

Во 2-й половине XIX века в административной политике России произошли качественные изменения, связанные с присоединением к России Кавказа, Казахстана, Средней Азии, Приамурья и Восточного Приморья, укрепление российских позиций в Горном Алтае, их расширение колониальной экспансии на Туву и Монголию. Геополитическое расширение способствовали стабилизации положения на южных границах Российской империи, которая, благодаря этому, стала меньше опасаться иностранного влияния на своих южно-сибирских и среднеазиатских «инородцев» в их стремлении выйти из российского подданства. Это открывало возможности для более активной ассимиляции «инородцев», более откровенного наступления на их территории, потребность в которых значительно возросла с начала массового переселения в Сибирь российских крестьян.

 Крестьянская колонизация еще с «Сибирского взятия» рассматривалась как важнейший фактор русификации присоединяемых земель. Во 2-й половине XIX – начале XX века она стала основой имперской геополитики, направленной на безусловную и окончательную аннексию азиатских территорий Росси.

В целом, в конце XVI –  начале XX века, административная политика в Сибири  эволюционировала от военно-колониальных методов управления к административно-территориальной системе управления по общероссийскому образцу и изменению социально-правового статуса и хозяйственно-культурного типа аборигенов, способствовала их переориентации на новые отрасли хозяйственно-экономической жизни, аккультурации и ассимиляции. К включению в правовое пространство империи и, в конечном счете, к ликвидации особого сословия «инородцев» и созданию в Сибири единого этнокультурного пространства.

Однако централизованная система управления благоприятствовала инертному бюрократическому аппарату назначенцев и временщиков созданию более чем благоприятных условий для тотальной и безнаказанной коррупции, самоуправству чиновников-временщиков, а также целый ряд проблем, решение которых, либо не решалось вовсе, либо – в пользу чиновников, а попытки местного населения сопротивляться беспределу чиновников, оборачивалась для них жесточайшими репрессиями.

Сегодняшний проект Евразии приобретает для российских властей ключевое значение. Крылатая фраза вождя российской революции В.И.Ленина о том, что «верхи не могут, а низы не хотят» обретает свое второе рождение. Действительно, реализация геостратегического проекта Евразия, в основании которого лежит территория Сибири и высококвалифицированных рабочих и ученых, решающих высокотехнологические задачи будет зависеть от формирования нового мышления российских политиков и политической воли власти. И то, как проблема цивилизованного приращения Сибири в качестве органической составляющей Российской Федерации, может определить ее исторические перспективы.

Автор - Р.Н.Жангожа, доктор политических наук, главный научный сотрудник  ДУ «Институт всемирной истории» НАН Украины

Источники

  1. http://demoscope.ru/weekly/2013/0541/barom01.php.
  2. http://ru.wikipedia.org/wiki/Население_Латвии.
  3. http://feb-web.ru/feb/periodic/pp0-abc/pp1/pp1-6862.htm.                                      
  4. www.rusproject.org/...9/mor_bez_goloda_miron.php.
  5. www.onservatizm.org/seminars/.../171209023935.xhtml.
  6. www.onservatizm.org/seminars/.../171209023935.xhtml.
  7. Позднее этот тезис был убедительно подтвержден казахским поэтом и исследователем О.Сулейменовым в его книге «Аз и Я».
  8. В середине 90-х гг. минувшего века автор делал попытку тезисно рассмотреть эту тему в своих публикациях «Туркестан-Туран - иллюзия реальности или реальность иллюзий» и «Гимн Евразийству как эпитафия Российской империи».
  9. См. многократно цитируемый тезис Н.Трубецкого о том, что «в ХIV в. ханская ставка переехала в Москву» - http://z-rus.ru/ru_history_6.php.
  10. Цит. по книге Игорь Подшивалов Патриотизм свободной Сибири. – http://www.syndikalist.narod.ru.
  11.  там же.
  12. Аборигенная (инородческая) политика - http://bsk.nios.ru/enciklodediya/aborigennaya-inorodcheskaya-politika.
  13.  http://ru.wikipedia.org/wiki/.
  14. http://ez.chita.ru/encycl/person/?id=353.
  15. Федоров М.М. Правовое положение народов Восточной Сибири (XVII - начало XIX в.). Якутск, 1978; Дамешек Л. М. Внутренняя политика царизма и народы Сибири (XIX – начало XX в.). Иркутск, 1986; Конев А. Ю. Коренные народы Северо-Западной Сибири в административной системе Российской империи (XVIII - начало XX в.). М., 1995; Народы Сибири в составе государства Российского. СПб., 1999; Каппелер А. Россия – многонациональная империя. Возникновение, история, распад. М., 2000; Российская многонациональная цивилизация: единство и противоречия. М., 2003; Азиатская Россия в геополитической и цивилизационной динамике. XVI–XX века. М., 2004; Коваляшкина Е.П. «Инородческий вопрос» в Сибири: Концепции государственной политики и областническая мысль. Томск, 2005.

 

Средняя: 4 (3 оценок)

Времена концепций замкнутости и особости прошли. Глобализм всё похерил. И воцарил окончательно и бесповротно вырвавшийся из лап создателей интернет, наместник его на Земле. Никто не может сейчас родить союз, абсолютно адекватный идентификации территориальности проживания. Примеров тьма. От новых переселений целых континентов с мест исторического проживания до попытки выхода из существующих союзов(брекзита,например,который пробуксовывает и в новой форме всё равно сохраняет нервущуюся никак связь с  паутиной ЕС). Или США,самозаблуждение о тотальности своего доминирования и самоощущения ядра, к которому притянуты планеты других стран и дружественных и антогонистических. И опять же рушат все претензии на особость и эгоистическую замкнутость  групп стран цифровая цивилизация,которая и похерила все тщетные усилия объединения и группового противостояния.И самое главное,доступ к ядерным технологиям всё и всех уравновесил и соединив-разъединил.Типа, каждый идиот может нажать кнопочку, такую маленьку маленькую, и усё:гейм ове.  Можно сказать, что мир вернулся в первородное состояния послепотопных джунглей,где каждый завр сам за себя и нет никаких правил и незыблимых статусов.  Вот КНДР пинка дали США. Типа мышь слону. И с кем объединиться теперь  пиндосам чтобы корейца северного прижучить? И ещё к тем невозможности монолитности: врутренние раздирающие социум противоречия:экономические, политические, национальные, гендерные даже усугубляют отчуждённость личностную и как следствие внутригосударственную. Примеры? США,как самый гы могущественный дуболом: клинтонутые и трампанутые бьются как орки между собой и со всем миром и особенно с россами,у которых свои противоречия либеральной идеи ваучерного генезиса -свободу скакать голым при луне- и консервативно-сталинистской -всех порвать и всем накостылять. Времена хаоса,из которого может вырасти что угодно . Вплоть до окончания белковых форм жизни на планетке заштатной на окраине космоса. Дык может пора объединяться с планетами близкими по разуму и формам жизни против антимиров из содружества кремневых трампапутиных из планетарной системы косопупковых из Кассиопейского союза,видел я в подзорную трубу как гелиевый Трубецкой из параллельной галактике писал "Устав об управлении инородцами планеты солнечной системы"

Комментарии

Какие то томленья духа у этих первоевроазийщиков. Но Путин, да и Назарбаев совсем иные смыслы вкладывают в "евразийство". 

Нчиего подобного. Путин все делает для Империи (пока и вbртуальной), то же самое хотели и Тру,ецкие. Они просто хотели сделать это как бы без Европы.