:: Нурлан ЕРИМБЕТОВ: ТУПОЕ ПОВТОРЕНИЕ ОДНОГО И ТОГО ЖЕ НАЧИНАЕТ УЖЕ РАЗДРАЖАТЬ

Просмотров: 17,505 Рейтинг: 4.3

Интервью Нурлана ЕРИМБЕТОВА.

Он человек  далеко не чужой в коридорах власти. Работал заместителем акима области в сложном регионе – Приаралье. Был советником и.о. председателя партии «Отан», консультировал руководство партии «Ак жол». 

Сегодня он больше известен как политолог, которого отличают широта взглядов и независимость суждений.

- Нурлан Кенжебекович, как Вы в целом оцениваете внесенные недавно в Конституцию изменения?
- Я постоянно задаюсь вопросами: «Во имя чего все это было сделано и что это нам даст?». Думаю, я не одинок в этом. Я вижу и слышу это и по рассуждениям своих коллег, и по обрывкам разговоров в общественных местах,  и по многому другому.
Хотел бы отметить, что все эти конституционные изменения не соответствуют даже той риторике, которой они сопровождаются. Думаю, что это - большой откат назад. Это неумение власти внятно объяснить обществу, гражданам, что же все-таки произошло.
Исхожу из того, что сразу же после принятия поправок началась беспрецедентная агитационно-пропагандистская кампания. Она началась фактически молниеносно. Поправки приняли в пятницу, а уже в субботу во многих городах проводятся многотысячные митинги в их поддержку. Люди еще ничего не поняли, еще не осознали, но по всем теле- и радиоканалам, на страницах газет все говорят о мудрости и важности осуществляемых шагов.
Насколько я разбираюсь, подобные, чуть ли не на грани истерии,  кампании проводятся тогда, когда их организаторы хотят убедить всех, и прежде всего самих себя, в том, что они все делают правильно. Уверенность в правильности своих действий не бывает истеричной, ей не присущи скоропалительность и суетливость. А то, что мы наблюдали, – это классика советского агитпропа в ее худших вариациях.
Ведь никто ничего не объяснял по сути. Одна только пропагандистская трескотня. Я в очередной раз убедился в полной профнепригодности тех, кто по долгу службы должен был обеспечить грамотную идеологическую поддержку конституционной реформы.
Хочу выразить свою точку зрения не как юрист, а как гражданин. И дать нравственную оценку происходящему. Каждый раз, когда вот так вот легко и играючи в Конституцию вносятся очередные изменения, выхолащивается суть самого Основного закона. Исчезает ощущение фундаментальности Конституции, ее незыблемости. И она низводится до уровня обычного постановления правительства, когда в силу какой-то необходимости можно изменить любой пункт. Одним словом, Конституция превращена в банальный рабочий документ.
- В некотором роде Конституция перестает быть «священной коровой»?
- В общем-то, да. Надо сказать, что для подавляющего большинства наших граждан Конституция не стала действенным инструментом, с помощью которого они отстаивали бы свои права. Вокруг нее много конъюнктурной возни. Буквально полгода назад с самых высоких трибун говорилось, что существующая Конституция еще не исчерпала своего потенциала, а уже сегодня в нее вносятся кардинальные изменения. И делается это на виду у всех. То есть граждане видят, что власть с Конституцией поступает так, как ей заблагорассудится.
Пару слов о поправке, дающей действующему президенту право баллотироваться неограниченное количество раз. Это обосновывается его незаменимостью, гениальностью и т. д. Не отрицая заслуг первого президента, скажу, что вышеуказанные категории не применимы к оценке политических деятелей. Бывают гениальные писатели или неповторимые музыканты. Например, весь мир знает и помнит имена Бальзака, Гюго, Мопассана, Флобера, Золя. Но при этом мало кто вспомнит такое же количество имен французских президентов. Вердикт политику выносит история. А все эти прижизненные восторги и славословия от лукавого.
- Тем не менее, случилось то, что случилось. Теперь можно ли на самом деле рассчитывать, что введение у нас пропорциональной системы выборов приведет к возрастанию роли партий в политической жизни страны?
- Теоретически - да, но как будет на практике - покажет время. Но ситуация, видимо, будет меняться. Если раньше кандидат в депутаты старался завоевать симпатии, условно говоря, ста тысяч избирателей своего округа, то теперь он будет стараться понравиться своему партийному лидеру.
В то же время активизация роли партий должна будет способствовать смещению акцентов в их работе. Теперь лидеру партии не надо будет, грубо говоря, околачиваться в приемных всяких послов и разного рода эмиссаров международных гуманитарных миссий. Образно выражаясь, их развернули лицом к народу: вот там твой избиратель, вот там твое будущее. Лично мне это нравится. Потому что апелляция к международным инстанциям теряет свое значение.
В этой ситуации надо идти в народ, стучаться в каждую дверь, доносить до каждого свою программу. Единственная проблема - дефицит времени. Если выборы пройдут в сроки, которые прогнозируются, то исход достаточно очевиден. Необходимы хотя бы два-три года, чтобы в наших условиях партии смогли по-настоящему раскрутиться.
На сегодняшний день у партий нет каналов обратной связи, слабо налажена работа в регионах. Ситуация для большинства партий заведомо проигрышная. Да, лозунг о возрастающей роли партий очень привлекателен, но мне сложно представить, что кто-то что-то успеет сделать.
Нынешняя ситуация мне очень напоминает лето 2005 года, когда все дружно гадали – будут президентские выборы или нет. ЦИК говорил одно, Минюст - другое, мажилисмены - третье. Люди запутались окончательно, а в это время президент разъезжает по стране, встречается с людьми, и фактически идет активная предвыборная кампания.
Точно такая же ситуация наблюдается сегодня. Все та же избитая методика. Включите телевизор: «Нур Отан» проводит какие-то субботники, массовые встречи с молодежью, различные конкурсы, работают общественные приемные. Одним словом, идет массированная кампания, но при этом никто не знает – будут выборы или не будут. Используются одни и те же затасканные приемы.
Меня это глубоко оскорбляет и просто поражает, как это не бьет по самолюбию технологов из Администрации президента, которые могли бы придумать что-нибудь посвежее. Тупое повторение одного и того же начинает уже раздражать.
- Как бы Вы охарактеризовали начавшиеся подвижки на партийном поле Казахстана? Мы имеем в виду все эти процессы слияний и размежеваний.
- В принципе это нормальный процесс, и он мне в определенной степени нравится. Например, слияние ОСДП и «Настоящего Ак жола» с последующим приглашением «Алги» - это был суперход. Ваш визави не  большой знаток истории партийного строительства, но в ней есть немало свидетельств, когда не объединение, а именно слияние в одну партию мощных политических организаций способствовало их приходу к власти.
И наоборот те, кто ни с кем не объединялся, просто сходили с исторической сцены. Поэтому это правильный подход.
Раньше оппозицию часто критиковали за неумение работать совместно, за амбициозность, теперь им, кажется, удается преодолеть разногласия. У каждой оппозиционной партии есть сильные стороны, и их соединение может принести только позитивные результаты. Объединительные тенденции вызывают у электората больше доверия, чем всякого рода размежевания. И в этом плане происходящее – это сильные ходы в правильном направлении.
- Ну хорошо, мы можем констатировать активизацию деятельности политических партий. А как Вы думаете, можно будет рассчитывать на рост политической активности масс?
- Очень сложный вопрос. Для отслеживания политической активности электората требуются глубокие социологические исследования, а у нас с этим очень сложно. Я не думаю, что она будет очень высокой, если, конечно,  ее не будут взвинчивать искусственно. Причин тому много, но основная заключается в ясном понимании электоратом факта, что не партии пока будут определять будущее гражданина и общества.
На местах пока все решают акимы, на уровне страны - правительство и президент. Существует такая категория, как финансово-промышленные группы, в руках которых немалое влияние. На практике это выражается в том, что принадлежность к ФПГ более престижна, чем членство в той или иной партии. Исходя из этого, я не уверен, что произойдет заметный всплеск политической активности людей.
Ситуация еще далека от той, когда люди активно вовлечены в политические процессы. Возьмите последние события. Принятие конституционных поправок можно было провести несколько иначе. Тем более, что об их необходимости говорилось уже давно. Можно было организовать обсуждение на страницах газет, создать цикл телепередач с участием широкой общественности. В этом нет ничего крамольного. Да и эффект был бы совсем другой.
Мы часто нелестно вспоминаем свое тоталитарное прошлое. Но там была хотя бы видимость широкого обсуждения и принятия якобы всенародного решения. А что мы видим сейчас - это элементарное пренебрежение общественным мнением. Лень даже создать видимость какого-то обсуждения. Плюс непрофессионализм.
- Можно из Ваших рассуждений сделать предположение, что и на последующих выборах мы опять увидим «торжество» политтехнологий?
 - Когда я слышу слово «политтехнология», то отношусь к нему с пиететом. Для меня политтехнология - это как технология выращивания хлеба или ядерные технологии, то есть это понятие высокого порядка. У нас же это понятие извращено. Политтехнологии – это высокоинтеллектуальная категория. Это хитрые, но честные ходы. Это неординарные подходы к избирательным кампаниям, это запоминающиеся слоганы, броские билборды, нетривиальные методы работы с людьми.
На наших же выборах нет политтехнологий в классическом понимании. Жесткое выбивание процентов из избиркомов, затыкание рта оппонентам, непредоставление эфирного времени – это не имеет к политтехнологиям никакого отношения.
- Тогда это использование административного ресурса?
- Опять же не соглашусь. Административный ресурс – это нормальное понятие. Это умение принять решение и добиться его правильного исполнения. Это умение добиваться от исполнителей четкого понимания своих задач, это система контроля и оценки того, насколько ты продвинулся от принятия решения до его практической реализации. Поэтому мы делаем ошибку, когда говорим об  использовании нашими властями административного ресурса. Это несколько иное. Это наглое, циничное и порой безжалостное  и не совсем умное ведение политической борьбы. Что-то в этом роде…
- Еще немного о партийном строительстве. Образование политических партий, стоящих на явно националистической платформе, – это явление объективного порядка или в этом проявляется некий системный сбой?
- Я хотел бы верить в естественную природу механизма зарождения таких движений и партий. Вряд ли здесь первотолчком были политтехнологии или закулисные движения. Я имею в виду   «Казак   тілі», « Улт тагдыры», «Халык рухы», а также «Лад» и другие славянские объединения. Их природа очень естественна, и, соответственно, их появление логично.
И когда говорят, что они задумывались и создавались в чиновничьих кабинетах, я в это не верю. Они искренни в своих устремлениях, установках и даже заблуждениях. Это сразу видно. В силу этого я думаю, наше общество должно «переболеть» этим. Такова общемировая тенденция, и многие страны проходили через это. Главное,  чтобы наш опыт не повторял некоторых трагических ошибок других.
- Но когда национализм преломляется через призму политических устремлений, какими могут быть последствия?
- Может быть, я буду резковат, но сегодня быть националистом становится популярным. То есть в этом вопросе популизма больше, чем истинного радения. Я устал об этом говорить, но очень жаль, что сегодня многие из тех, кто думает как националист, предпочитают отмалчиваться. Наверное, рано или поздно наступит тот час, когда они осознают весь трагизм своего молчания. А до тех пор вокруг этого будут в основном спекуляции.
И я очень опасаюсь, что, пока не случится какой-то эксцесс, болезнь будет загоняться внутрь. А потом те, кто спекулирует на этом, будут разводить руками, рвать волосы на голове и приговаривать: «Мы не знали, мы не предполагали. Мы были за язык, и кто же знал, что так может обернуться!». Поэтому, пока общество не пройдет через какое-то очищение, говорить на эту тему без толку. Потому что это очень скользкая тема, и спекуляции на ней будут продолжаться бесконечно долго. К сожалению, пока все обстоит так, а не иначе...
- И все же давайте уточним. Значит, это процесс объективный. Но в чем его позитивность? Если она вообще есть...
- В чем?.. Знаете, мы в свое время из феодализма прыгнули сразу в социализм, минуя капитализм. Правда, теперь пришлось вернуться несколько назад. Так вот, в этом вопросе, условно говоря, мы как бы перескочили стадию махрового национализма.
Это проявляется в осторожности формулировок во время дискуссий по национальному вопросу, в достаточно взвешенных оценках. Это уже важно само по себе. Но в то же время не хватает глубинного понимания ключевых проблем, присутствует стремление форсировать некоторые процессы.
В сфере межнациональных отношений присутствует фактор, который я условно назвал бы «фактором иносказательности». Слушаешь иной раз наших казахских ура-патриотов и явственно ощущаешь в их лозунгах скрытый контекст «Казахстан только для казахов!». Обращаешь их внимание на это, а в ответ слышишь: «Ничего подобного, мы так не говорим!». Ребята, ну мы же не дураки, мы тоже понимаем казахский язык. Прямо, может, и не говорите, но явно подразумеваете.
Оппоненты наших ура-патриотов из противоположного лагеря ведут себя не лучше. Они говорят: «Мы не против казахского языка, но вы же понимаете, что функционально казахский язык пока не готов быть государственным. Ведь есть язык науки, техники, высоких технологий». Они не могут позволить себе прямо сказать: «Ваш язык – это язык быта, кухни и внутрисемейного общения». Не могут, но тоже подразумевают!
Я считаю, что эта витиеватость, эта иносказательность весьма опасна для всех нас. Люди все отлично понимают. Получается какая-то аморальная ситуация. Оскорблений нет, но есть оскорбительный контекст. Никто никого ни в чем обвинить не может, а взаимные претензии и обиды остаются. Более того, они накапливаются и подогревают ситуацию. Большинство предпочитает отмалчиваться. В итоге появляются адвокаты с обеих сторон из числа самых прытких. Лично я не хочу, чтобы кто-то говорил за меня как за казаха. Я не нуждаюсь ни в чьей защите.
- А Вам не кажется, что в этой ситуации в действиях некоторых наших общественных деятелей, работающих в национал-патриотической нише, больше политической конъюнктуры, нежели истинного стремления решать эти проблемы?
- Я остаюсь романтиком и склонен верить, что основной посыл их действий – это желание все-таки что-то сделать. Мне кажется, это искренние люди. Другое дело, что среди них могут быть недостаточно образованные лица. Или, как это нередко бывает на политическом поприще, люди с высокими амбициями. Я не думаю, что, эксплуатируя эти темы, они могут решить какие-то меркантильные вопросы. Ну, хорошо, станет он депутатом, ну и что?
- А разве это невыгодно, стать депутатом? Неужто это не сулит никаких дивидендов?
- Мне пока очень сложно говорить об этом. Обвинять легче всего.
- Ни в коем случае. Просто хотелось бы понять истинные мотивы этих людей.
- Если говорить о новых партиях, то мне было бы интересно понять, осознают ли люди, их создающие, за какую сложную задачу берутся. Партия – это люди, структуры, финансы, ежедневная кропотливая работа по разъяснению программных установок. Если завтра они не потянут этот воз и случится очередное фиаско, будет очень обидно. Это будет дискредитация идеи. Вот этого я боюсь.
Когда люди переходят из правого лагеря в левый, изменяют под влиянием идей политическую ориентацию, то, при всех издержках, такие моменты понять можно. Но если завтра идея создания национал-патриотической партии с треском провалится, то будет настоящий позор. Люди, идущие в политику, создающие партию подобного толка, должны осознавать цену вопроса и свою ответственность. 
И еще один момент. При создании партии было заявлено о приоритете духовных ценностей над материальными благами. Мне кажется, это все-таки демагогия. Это подмена понятий. Раз ты создаешь партию, скажи прямо: «Мы идем бороться за власть, чтобы решать реальные проблемы казахского народа, казахского языка, казахской культуры». Если, конечно, ты рассчитываешь на их голоса. Если ты хочешь решать проблемы духовности и морали, создавай НПО. Политическая партия создается для иных целей. Это инструмент борьбы за власть.
- Видимо, нас ожидают досрочные парламентские выборы. В этой связи какой Вам видится конфигурация будущего Мажилиса?
- Вы, видимо, спрашиваете это в расчете, что я начну прогнозировать, сколько мест может гипотетически получить оппозиция? Наверное, это прозвучит парадоксально, но считаю, что будет оппозиция в парламенте или нет, не самое важное. Гораздо важнее, чтобы оппозиция стала силой, которая, даже не будучи в парламенте, могла бы оказывать влияние на его работу. Чтобы когда-нибудь это стало возможным, оппозиция должна стать механизмом, посредством которого во власть будут канализироваться те или иные месседжы общества. Посмотрите на страны развитой демократии. Там можно наблюдать прецеденты, когда некая группа, четко артикулирующая общественное мнение по злободневной проблеме, трансформируется в политическое движение или партию и, оседлав волну общественной реакции, оказывается в парламенте. Здесь есть чему поучиться.
- И тем не менее, на Ваш взгляд, последние конституционные изменения создают предпосылки к тому, что понятие «оппозиция» наполнится реальным содержанием? Точнее говоря, дадут ли, наконец, ей возможность стать ощутимым фактором политической жизни? Ведь, в принципе, это очень важно не только для оппозиции.
- Мне кажется, будет некая попытка легитимизации нашей оппозиции. Я думаю, сейчас происходит процесс переоценки многого. Особенно в контексте последних событий. Есть ощущение, что этот процесс затронул всех. И президента в том числе.
Уже очевидно: не замечать сегодня оппозицию становится невозможно. В то же время, когда лидеры оппозиции заявляют: «Нам нужен рупор, нам нужен выход на СМИ», - я не совсем это понимаю. Они явно лукавят. Общество их отлично слышит. Для этого совсем не обязательно иметь 50 газет или 3 телеканала. Хватит и одной газеты.
Население нашей страны – по мировым меркам один мегаполис. Если ваши идеи интересны, если они востребованы, если они созвучны чаяниям людей, проблем с тем, чтобы быть услышанными, не будет. В стране масса изданий, и государственных в том числе, которые никто не читает и читать не будет. Потому что там нечего читать. В этом смысле наша оппозиция, в принципе, на виду. Более того, я предполагаю, что во власти существует понимание нереальности заткнуть ей рот.
Другое дело, что оппозиция сама не всегда конструктивна. Я имею в виду, что не всегда она может подняться выше уровня огульной критики. И в этом плане существует опасность, если она попадет в парламент, то образ ее несколько померкнет. Тут на одной популистской критике далеко не уедешь. Поэтому ей придется становиться конструктивной.
Оппозиция имеет шанс стать реальным фактором политики еще по одной причине. Она заключается в том, что в самой власти есть немало людей, достаточно критически относящихся к действиям власти. Это тоже естественный процесс. Ведь власть зачастую действует очень жестко, и это вызывает внутренний протест даже среди носителей власти. Поговорите в неформальной обстановке с чиновниками разного уровня, и вы сами убедитесь в этом. Я не утверждаю, что это будущие оппозиционеры, но некоторый внутренний дискомфорт у этих людей присутствует однозначно.   
- Нурлан Кенжебекович, Вы невольно упреждаете мой следующий вопрос. События последнего года подспудно свидетельствуют о том, что в недрах госаппарата накопилась определенная критическая масса, которая требует выхода. Наверное, это еще не кризис, но явно свидетельствует о том, что мы приблизились к какому-то рубежу. Вы разделяете данную точку зрения или же такая постановка вопроса представляется Вам искусственной?
- Я думаю, что это присутствует. Во-первых, мы живем в открытой стране. Наши граждане – бизнесмены, политики, простые люди – свободно выезжают за рубеж, и им есть с чем сравнивать нашу жизнь. Вполне естественно, что люди задаются вопросами. Кто мы? Что мы? Где мы?
Кроме того, усложняются функции управления, и власть вынуждена рекрутировать в свои ряды все большее число умных людей. Опять же это объективный и естественный процесс. Умные люди – это образованные люди. А образованные люди – это критически мыслящие люди. Поэтому та критическая масса, о которой вы говорите, она, конечно, есть. И она накапливается. В таких условиях власть не имеет права опаздывать с принятием рациональных решений.
Мы много времени говорили о необходимости административной реформы, и уже очевидно, что она запаздывает. Но она может стать обоюдоострым оружием, то есть превратиться в жупел, которым будут пугать нелояльных людей во власти.
С другой стороны, сама власть оказывается перед дилеммой: с дураками страну не построишь, умных во власть брать опасно. Видимо, это одна из невидимых причин явной пробуксовки административной реформы.
Я не настолько наивен, чтобы не понимать, что во власть идут не только умные и благородные. Там немало тех, кто пришел туда с целью обогатиться, кто-то мечтает только о карьерном росте. И все же процент людей, мыслящих категориями не только личными, тоже имеется. И существенный. Я бы даже сказал, что в некоторых моментах они настроены критичнее оппозиционеров. Это можно объяснить тем, что они лучше владеют ситуацией, фактами. Просто их сдерживает элементарный страх за свое будущее, за судьбы близких и т. п.
Тем не менее, многие из этих людей подвержены дуализму, когда происходит глубокая внутренняя борьба между духом чиновника и  позицией гражданина. Буквально на днях я встречался с одним известным юристом, который работал в рабочей комиссии по подготовке конституционных реформ. Я задал ему вопрос: «У вас нет внутреннего противоречия между имярек-юристом и имярек-гражданином?». И этот вопрос я очень хотел бы задать всем юристам, принимавшим участие в работе этой комиссии.
Из общения с людьми, которые так или иначе соприкасались с этими правоведами,  можно сделать вывод, что большинство из них вернулись из Астаны в удрученном состоянии. Когда человек сделал нечто постыдное, когда его профессиональный авторитет, его общественный вес использовали не в благих целях – это не может не привести к душевному дискомфорту.
Может быть, они и не хотели бы делать это, но их заставили. И теперь власть ссылается на их авторитет. Но этот груз будет довлеть над ними всегда. Обратите внимание, никто из них сейчас не замечен в публичных акциях по популяризации принятых поправок.
- Скандал, связанный с фигурой члена президентской семьи, при всех его издержках как-то может отразиться на развитии внутриполитической ситуации?
- Если честно, я избегаю вопросов на эту тему. Сложно говорить о вещах, которых ты не знаешь. Я черпаю информацию из тех же источников, что и большинство граждан.
Единственно, я могу высказаться как активный гражданин. Хотел бы сказать о побочных вещах. Меня очень смущает охвативший некоторую часть нашей творческой интеллигенции эпистолярный зуд. Мы все это уже проходили. Помните: «Я эту книгу не читал, но не одобряю». То, что мы наблюдаем, – это жалкое зрелище.
Ведь те, кто действительно пострадал от главного фигуранта скандала, ведут себя гораздо солиднее. Не знаю, в силу каких причин, но они не устраивают пляску на костях.
Я говорю все это не потому, что кого-то жалко, нет. А оттого, что ответственный человек, облеченный научными регалиями, руководитель главного аналитического центра страны публично заявляет: «Вор должен сидеть в тюрьме!».  
Более того, меня это возмущает до глубины души. Господа, суда-то еще не было! Кто доказал, что этот человек - вор?! А презумпция невиновности? Повторюсь, я никого не защищаю. Я просто взываю к здравому смыслу. Мы клянем свое тоталитарное прошлое, но при этом ни на йоту не ушли от него. Оказывается, достаточно показать на человека и крикнуть «Ату его, ату!», как тут же начинается всеобщая травля. Это страшно…
- Может быть, прошло слишком мало времени и мы еще не успели выдавить из себя рабов?
- Если бы это писали далекие от политики люди. Но это же элита. Вы думаете, они считают себя рабами? Более того, это «властители душ». Никого не хочу обидеть, но ничего кроме брезгливости это вызывать не может.
- В нашей политике наблюдается очевидный дефицит ярких харизматичных личностей. Не в качестве лести, но все же, у вас не появилось желание попробовать свои силы в новых обстоятельствах?
- За последнее время я пришел к выводу, что время, когда можно было оставаться над схваткой, критикуя и власть, и оппозицию, для меня проходит. Пришло время определяться. Предложения есть, над ними раздумываю. В ближайшее время определюсь с выбором. Видимо, буду активно заниматься политикой. В качестве кого, пока не знаю. Но желание работать есть.
- А если позовут во власть, пойдете?
- Чего уж лукавить. Если позовут – пойду. Работая во власти, можно сделать очень многое. Я говорю это не для самоуспокоения. Можно, можно быть порядочным и во власти. Почему нет? Все-таки у меня есть кое-какой опыт в этом плане. Я знаю пример, когда один аким пустил район по миру. Когда его вспоминают, люди плюются. А на другого акима в это же время люди молятся -  не хотят, чтобы он уходил на повышение. Это примеры из жизни.
- Вы хотите сказать, что именно люди определяют обстоятельства?
- Несомненно. Только так и никак иначе. Когда я говорю, что пойду работать, если позовут во власть, я имею в виду прежде всего реальную работу. Я не пойду на должность, где не смогу ничего решать или определять. Возраст и опыт не тот, чтобы сидеть и перекладывать бумаги, писать кому-то речи.
Еще раз подчеркну, что уверен – находясь во власти можно очень многие вещи хотя бы проговаривать. Гипотетический пример. Если бы я был советником президента, то в случае, когда скончался отец А.Кажегельдина, я бы не побоялся высказать свое мнение.
Сказал бы приблизительно так: «Нурсултан Абишевич, общественное мнение склоняется в пользу того, чтобы пустить его в страну попрощаться с отцом. Прошло десять лет. Люди оценивают Вас уже не просто как президента, а как отца нации. Если Вы дадите распоряжение соответствующим службам, это будет только способствовать консолидации общества. Все будут в выигрыше».
Если бы кто-то из окружения президента решился на это, ничего сверхъестественного не случилось бы. Не решились…
Я очень часто убеждался, что любое решение можно переменить на противоположное, если ты убедителен в своих аргументах. Если предлагаемое тобой решение продиктовано соображениями государственного порядка. В случае, который я рассматриваю, нужно было руководствоваться не только политической целесообразностью, но и исходить из особенностей нашей ментальности. Ведь, помимо всего прочего, мы еще и казахи.
Да, существует логика политической борьбы, но есть еще философия жизни. Авторитет президента нисколько не пострадал бы.
С другой стороны, я уверен, что очень многим рядом с президентом выгодно, чтобы имидж президента был именно таким. Вы заметили, что в последнее время к нему очень мало обращаются «Нурсултан Абишевич», «господин Президент». Осталась единственная обезличенная форма «Глава государства». В такой риторике нашего чиновничества проявляется истинное отношение к человеку, с которым они работают.
- Таково бремя власти.
- Наверное, но у меня складывается ощущение, что кое-кто, если не большинство, готовится покинуть корабль. С точки зрения эволюции это естественный процесс, но это лишний раз говорит о том, что во власти очень мало искренних и живых людей. Видимо, это не идет ей на пользу.
- Спасибо!

Беседовал Кенжебай Тогубаев
Источник: еженедельник «Политика.kz»

Средняя: 4.3 (17 оценок)

Да ничего в наших степях не происходит. Со дня смерти Чингисхана. И не произойдет. Пока партхоз номенклатура не уйдет естественным путем. Тогда и начнут образовываться партии со своими интересами и запросами к власти. А так, партии назначаются в АП, как необходимый атрибут демократии. Что сейчас и наблюдается. С одной стороны - мудро. С другой - блевать от их вида охота. Но всех это в целом устраивает. Украина, грузия, Кипргизия - образцы того, как не надо делать. То и делаем, в смысле - ничего. И это правильно, сограждане! Делайте, что должно, и будь, что будет.

Комментарии

Млять, мой коммент пропал. Короче, трахнул мужик нациокв по делу. Шаханов - акын и неғуй ему в политике делать... От товарища слышал что там на съхезде товрилось. так это полный ахуй

Цитато: складывается ощущение, что кое-кто, если не большинство, готовится покинуть корабль.

-----------------

И куда они потом спрячуться. хотелось спросить так ехидно?!

Да, такое интервью на паршивом Дайлоке. Похоже режим и правду трещит. Или это тоже все в рамках стратегии АПэ?

Бля, из-за того, что сразу не удалось вывесить фото, слетело столько комментов. Системного администратора на хуй выгнать! Никакого уважения к посетителям сайта!

Классно. Давно так внятно никто не выражался. Равноудаленно все выстроено.

Уж пусть лучше такие прорвутся туда, чем все время будут сидеть такие, каких сейчас оттуда выпинывают!

Ребята, почему снесли мой коммент?! Не любите, да?! Все равно настаиваю, Еримбетову - РЕСПЕКТ! Еще раз повтряю - РЕСПЕКТ! Жарайсын, Нурлан!

Слушайте, это интервью висит аж на четырех сайтах! Это что в Казахстане началась операция "Преемник"?!

Ваш комментарий

Жақсы айтыпты. Саяси парасаттылық болу керек деген осы.

Ваш комментарий

Собрались органы человека, проводят совещание. На повестке дня: "Кого отправить на пенсию?". Встали почки: - Товарищи, отправьте нас пожалуйста на пенсию, мы так устали. Остальные говорят: - Нет, без вас мы не можем. Сердце говорит: - Я очень старая, мне трудно работать, давайте я пойду на пенсию. Остальные: - Нет, без тебя мы умрём. И так же: руки, ноги, желудок, мозг. Вдруг голос из далека: - Друзья, отправьте меня на пенсию, не могу больше. Мозг говорит: - Кто вы такой, встаньте пожалуйста. Голос: - Смог бы вставать, пенсию бы не просил

Ваш комментарий

Завершилось.... Зона даст репор или нет?

-----------------------------------------------

Читайте Амарову Айгулю, заместо репора!!!

Жидошлюхи СНГ президенты. Крематории инвалют-сотрудничества. Энергобезопасность фантик-обмена нефти, вывоза природ-ренты, жизнеправа молодежи. Суды изменников. Пенсии, бюджеты: вредителей, паразит-градов, селокарателей. Макрокровники Мининформации (КазправдаХабарРахат итд). Фашист: кластеры, моноп-нацкомпании без серверов, балансов, УК прод-покуп-интеграции. Воина уголов-доходов внепроизвод: миллионеров, банк-пенсфонд-страхкомпании. Погран-разбои безкалькуляц-внереализац-налогообложения. Иск 180трлн русязыч-свинобухгалтериии (КоржСаидОксикКалмДунаев). Сторно: иудеи-кредита, гражданства Борат-власти. Диктатура: родо-этно-доверенностеи, СРБП, самоуправления, террентабельности (караван-экономика). М Ишаев Ставка ордабасы ООН РК тел 662891, +7706711095 znanie_sila_kz@mail.ry

Критиковать кого-то и какие-то дела думаю это дело желающих посидеть вечером у подъезда и поплевать семечки, Ваше дело - это исключительно только "Дело" и всегда с большой буквы, Вам ни в коем случае при, прочитанном мною, понимании нельзя не быть "направляющим", Вы Нурлан не тыловик и отсиживаться не в Ваших интересах - время уходит, как мгновение, а спустя "один взгляд" Ваше имя просто уйдет в историю Вашей семьи. Вам не республику надо направлять, Вам страну необходимо направить.