После распада СССР элиты на постсоветском пространстве прошли сложную эволюцию. От советской системы «номенклатурной аскезы» (часто показной, при наличии скрытых спецраспределителей) они перешли к беспрецедентному демонстративному роскошеству. При этом в ряде стран роскошь стала легитимирующим инструментом, а в других — сменилась новой, уже религиозной или корпоративной «аскезой».