Примеров манипулирования информацией множество. Возьмем Мажита Есенбаева и возглавляемую им таможню. За полгода ведомство дало в бюджет больше денег, чем за семь лет до этого. При этом многократного роста торгового оборота страны совершенно не наблюдается. Тут же госсекретарь Мухтар Кул-Мухаммед заявляет, что на таможне бардак и коррупция. С последним утверждением никто не спорит, но все-таки надо включать поправку на закон относительности. В итоге получается, что положительные перемены в лагере мытарей налицо, но все это топится в волнах негатива? - или все на самом то деле обстоит с точностью до наоборот?.. Если зациклициться на этой несуразице, можно ведь мозг сломать. А мозг ломать мало кому хочется... Себе дороже потому что!

Итак, хаос в государственной статистике остается одним из главных очагов дезинформации. Там столько ляпов и несуразностей, что даже в реальную официальную информацию мало кто верит. Да и как тут быть непредвзятым, когда со ссылкой на один и тот же источник сообщается, что средняя заработная плата по казахстанской науке составляет 190 тыс. тенге, а рядом указывается, что средняя заработная плата младшего научного сотрудника – 45 тыс. тенге в месяц. Совмещаться такие цифры не могут при любом устройстве научной деятельности: (((

Когда государство «входило» в БТА Банк, потом были посадки менеджеров «второй волны», то правительства зарубежных государств через свои посольства запрашивали информацию о происходящем. Как-никак, банк с широкой международной сетью, системообразующий и плоть от плоти финансовой жизни страны, а потому интересовались очень активно, ведь от этого зависело общее самочувствие Казахстана как их партнера. В ответ послы писали, что установить объективную ситуацию невозможно, поскольку получаемая ими информация кардинально противоречит одна другой, а проверить ее соответствие действительности наверняка невозможно.

Если мы обратимся к нашумевшим и взбудоражившим общественность темам стрельбы в Жанаозене и трагедии на погранпосту «Аркан-керген» – то ситуация аналогичная. В море сознательной и бессознательной дезинформации основательно утоплены зерна реальной информации. Плюс все это наложено на гипертрофированное недоверие к официальным версиям (точкой отсчета данного феномена стало зверское самоубийство Заманбека Нуркадилова) и буйную фантазию всевозможных душевнобольных графоманов, которую подключение к Всемирной паутине позволяет транслировать на просторы электронных носителей информации.

Один из сравнительно новых феноменов – сайты фейковых новостей. На них все от начала до конца придуманное, хотя и подается в формате стандартных новостных сюжетов, по форме и стилю мало отличимых от материалов Би-би-си или РБК. А там «сообщают» о присоединении Монголии к России, запрете трансляции мультфильма «Ну, погоди!» (на самом деле толчок дезинформационной волне дал шведский порнографический фильм с аналогичным названием), принятии на вооружение специальных рогаток для разгона демонстрантов и тому подобное. Кто финансирует подобные сайты – сказать трудно, но по вкладываемым ресурсам очевидно, что за такую работу платят (возможно, что хорошо или очень хорошо).

При сложившемся положении вещей выигрывает уже не поставщик реальной информации, поскольку ему крайне трудно доказать потребителям, будто у него на самом деле «чистый» продукт, а специалисты по манипулированию общественным сознанием. Надо еще обязательно учитывать, что большая часть общества хотя и вступила в так называемую «информационную» фазу, на дворе «экономика знаний» и прочие модные слова, но реально даже подключенное к Интернету население тупеет и глупеет - а вот профессионализм всевозможных манипуляторов однозначно растет. Тем более что творческие люди могут смешивать информацию и дезинформацию в любых пропорциях для достижения своих целей. Один из наиболее ярких представителей такой волны – сайт гульжан.орг. Здесь четко уловили общую тенденцию на интеллектуальную деградацию толпы и кормят его соответствующим информационным продуктом. Зато сайт необычайно резко вошел в топ-лист Казнета.

В Казахстане государство, бизнес и что-то вроде третьего сектора (НПО) в потенциале могут обеспечить спрос на аналитику. Однако масса постсоветских феноменов делает и данный рынок перекошенным. Продолжением чего получаются как реальная аналитика, так и «аналитика», имеющие друг к другу примерно такое же отношение, как информация к дезинформации. Эксперты насчитывают 18 видов аналитической деятельности. Потому что формирование проекта – это проблематизация, а написание стратегии – уже депроблематизация. В отличие от «прожектов» (работа с придуманными целями), представляющих собой фиктивно-демонстрационный продукт (ФДП), проект является выходом в реальное пространство.

Аналитиков не следует путать с учеными. Разумеется, есть и были люди, способные объединять в себе оба формата, но их мало. Предназначение ученого: увеличивать знание. Аналитик должен помогать в решении тех или иных задач. Как суперминимум, требуется схема «ситуация – проблема – способ решения». Если минимум, то добавляется элемент «последствия». Когда функционеры с хохотом рассказывают о министерских коллегиях в Астане, где топ-чиновники порют невообразимую чушь – это ведь тоже одно из проявлений общего дезинформационного поля. Центральные органы не владеют реальной ситуацией на местах, а потом транслируют свое непонимание в государственные управленческие решения.

В Казахстане больше нет информационного ресурса, способного охватывать практически всю аудиторию страны. Рейтинг программы «Жеты-Кун» на «Хабаре», охватывающий 0,5% от общей телевизионной аудитории страны, в этом плане весьма показателен. Однако есть масс-медиа, обладающие либо сравнительно более высоким потенциалом, либо максимально полно охватывающие целевую аудиторию. До недавнего времени электоральный период показывал, что в таких условиях выигрывает правящая элита. У ее политических конкурентов нет возможностей для мобилизации сопоставимого ресурса СМИ, и нет рычагов административного воздействия на электорат. Но все выше приведенное было верно до событий в Жанаозене и на Аркан-кергене. Потому что когда стоит задача не бороться за голоса избирателей, а расшатывать и дестабилизировать ситуацию – тогда мощь того же самого инструментария меняется. В контексте изобилия дезинформации, непересекающихся и малопересекающихся информационных потоков, изощренных методов манипулирования и неразборчивости населения в плане информационных продуктов – получается просто убойная смесь.

Для жителя страны ассортимент доступных информационных продуктов напрямую связан с его материальным достатком (спутниковая тарелка), местом жительства (в Алматы и Сатпаеве разная плотность информационных потоков) и работой (доступ к Интернету или шахта медного рудника). Технический прогресс объективно работает на увеличение разнообразия и количества масс-медиа (газеты, радио, телевидение, Интернет – проводной и беспроводной, видеоформаты и прочее). Еще одним планом дифференциации выступает язык масс-медиа. Одни казахстанцы живут только в русскоязычных информационных потоках, другие лишь в казахоязычных и есть значительная группа билингвистов (на казахском и русском языках). Из года в год растет слой владеющих английским языком, и, как результат, подключенных к англоязычному информационному, а с ним и дезинформационному пространству. И на всем этом пространстве информация и дезинформация перемешаны между собой до состояния минимальной распознаваемости.

Вне зависимости от того, чего больше – информации или дезинформации – сегодня побеждает тот, кто умеет правильно пользоваться и тем, и другим. Таким образом мы видим, что ассортимент борьбы за влияние на население вдобавок к деньгам, административному и силовому ресурсу дополнился информационным. А чтобы побеждать и вообще добиваться поставленных целей, уже не обязательно владеть информацией – достаточно умело манипулировать ею и дезинформацией. Ну а создать сотни придуманных документов, свидетельств и воспоминаний для настоящих профессионалов – не проблема.