НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ получила продолжение скандальная история с перегоном 7 триллионнов тенге через один из казахстанских банков, озвученная президентом Токаевым еще 28 января. «Перегон» уже стоил кресел как минимум двум высокопоставленным чиновникам: пресс-секретарю президента Руслану Желдибаю и заместителю председателя Национального банка Берику Шолпанкулову. Если «вина» первого поначалу не прояснялась (хотя все сразу поняли так, что это по его недосмотру сама информация для служебного пользования попала в СМИ), то второго, очевидно, наказали за неумелую попытку дезавуировать слова Токаева. Шолпанкулов пытался представить дело так, что никакого «перегона» не было, а оглашенная цифра – это просто годовой оборот транзакций неназванного банка. Его тут же поправил новый пресс-секретарь Токаева – Айбек Смадияров: «Если он сказал, что были транзакции (перегон) на сумму 7 триллионов тенге, значит, так и было. Другое дело, что данная информация была направлена на участников совещания в здании Агентства по финансовому мониторингу, а не для широкого обсуждения, то есть носила сугубо служебный характер. Банк, через который были осуществлены транзакции, знает, о ком шла речь». В итоге, ни Токаев, ни Желдибай, ни Шолпанкулов, ни Смадияров названия банка так и не назвали. И вот, теперь к обсуждению подключилась председатель агентства по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) Мадина Абылкасымова. Впрочем, яснее и менее скандальной история от этого не стала. Г-жа Абылкасымова также решила упорно хранить инкогнито банка «Перегон». Проблема тут в том, что подобная секретность может быть уже не про недостаток прозрачности, но про то, что этот скандал может бросить тень уже на сам финансовый рынок и институты Казахстана в целом.

«Председатель [АФМ Жанат] Элиманов недавно доложил мне о действиях одного из казахстанских банков, через который из сопредельной страны в 2025 году «перегнали» более 7 триллионов тенге в другие страны. С точки зрения закона, экономики, даже политики, это, на мой взгляд, возмутительный факт. К сожалению, подобного рода фактов, касающихся мошеннических финансовых схем, по-прежнему немало. Как я уже сказал, до социальной сферы добрались. Объемы злоупотреблений, прямо говоря, краж государственных финансов, не укладываются в рамки человеческого понимания», — заявил 28 января президент Токаев, и потребовал от АФМ, АРРФР и Национального банка «усилить контроль над незаконными или сомнительными операциями коммерческих банков».

О том, что дело попахивает скандалом, стало ясно, когда спустя короткое время цитата президента начала пропадать с казахстанских информационных лент, а затем стало известно, что «указом главы государства Желдибай Руслан Султанулы освобожден от должности помощника президента – пресс-секретаря президента Республики Казахстан». 19 февраля на сайте Bes.Media вышел комментарий заместителя председателя Национального банка Берика Шолпанкулова, в котором он попытался представить дело так, что никакого скандала нет. Проблема была в том, что для этого ему пришлось, фактически, дезавуировать слова самого президента страны. «Хотелось бы отметить, что 7 трлн, которые были отмечены, это весь оборот [транзакций банка]. Что значит оборот? Если, Жания, говорить по отношению к вам, мы можем 1000 тенге друг другу в течение дня перечислять и к завершению года у нас будет колоссальная, большая сумма. Соответственно, мы говорим, что 7 трлн – это оборот», – сказал он, отвечая на вопросы корреспондента BES.media. Тогда же Шолпанкулов наотрез отказался называть банк, через который, по его словам, не было пресловутого перегона. «Зачем вам это? Какой это банк, чтобы потом согрешать, - ответил он вопросом на вопрос. - Мы говорим о том, что предварительно нарушений не выявили. Итоги на следующей неделе подведём, скорее всего, прессе скажем. Сейчас предварительно говорить, какой это банк, прессе сотрясать лучше не стоит». В итоге, Шолпанкулова опроверг Смадияров, и заместитель председателя Нацбанка ушел в отставку.

Айбек Смадияров объяснил, что страны, связанные с перегоном 7 трлн нельзя называть по дипломатическим причинам, но признал, что банк-то работал в условиях "санкционного режима"

Смадияров продолжил практику секретности вокруг этого дела, объяснив, что это «из соображений политической целесообразности и дипломатического протокола» не были названы страны, откуда 7 трлн тенге вышли и куда ушли. «Президент намеренно не огласил ни страну происхождения транзакционных средств, ни страну-получателя, а также не назвал банк, взявший на себя такую функцию в условиях санкционного режима», - сказал пресс-секретарь президента. Таким образом, в деле возникает вопрос о связи этого дела и таинственного банка «Перегон» с режимом санкций, который из всех наших ближайших соседей распространяется только на одну страну – Россию.

Все это было в феврале. С тех пор мы ждали обнародования результатов проверки банка «Перегон», которые так и не вышли. Вместо них на этой неделе – полтора месяца спустя - г-жа Абылкасымова заявила, что проверка проводилась в «отношении всех крупных банков, которые осуществляют трансграничные операции» и выявила нарушения. «Инспекционная проверка у нас проводилась в отношении нескольких банков второго уровня в отношении рисков по ПОД/ФТ (противодействие отмыванию денег и финансированию терроризма), которые были выявлены со стороны агентства по финансовому мониторингу (АФМ). В отношении некоторых банков проверка уже завершена, и в отношении еще нескольких банков она продолжается до сих пор. Сами результаты проверки, они подтверждают наличие определенных нарушений. Вместе с тем, в соответствии с нашими регуляторными требованиями результаты инспекционной проверки не подлежат разглашению, а также наименования банков и какие виды нарушений», - цитирует слова г-жи Абылкасымовой, сказанные в кулуарах мажилиса в среду агентство КазТАГ.

Также она добавила, что «по результатам проверки составляется надзорный план по устранению выявленных нарушений». «Если эти нарушения, за них предусмотрено наказание в соответствии с КоАП, то там полагаются административные штрафы, ну и в зависимости от сложности выявленных нарушений применяются соответствующие надзорные меры. Такой надзорный план в отношении проверенных субъектов нами уже был разработан, применен, и работа по устранению нарушений была проведена», - заявила глава АРРФР.

Остается, наверное, спросить только у Специального посланника ЕС по санкциям Дэвида О'Салливана, который регулярно посещает Казахстан (в частности, визит состоялся в марте 2026 года) для обсуждения предотвращения обхода санкций против России, может ему сказали название банка "Перегон"?

Точной информации по перегону 7 триллионов тенге г-жа Абылкасымова предоставлять не стала: «При проведении инспекционных проверок нарушения мы выявляем практически всегда, но степень или количество этих нарушений может варьироваться по банкам, но больше информации мы, к сожалению, предоставить не можем, инспекционные проверки нами проводятся на постоянной основе, регулярно в год у нас большое количество проверок проводится и данная информация является конфиденциальной».

Заявление председателя агентства по регулированию и развитию финансового рынка не закрыло тему «Перегона», особенно после того, как пресс-секретарь президента признал, что этот банк взял «на себя такую функцию в условиях санкционного режима». Теперь получается, что руководство страны и финансовые регуляторы с упорством скрывают нарушения санкционного режима, что, безусловно, подрывает доверие ко всей банковской и финансовой системе Казахстана со стороны международного сообщества. И тогда возникает следующий закономерный вопрос: кто же стоит за всеми этими транзакциями через банк «Перегон», что Астана готова рисковать имиджем всей своей финансовой системы, чтобы не выдавать название банка и страны, использовавшие его?

Источник: Деловая Неделя