Прожитые 22 года независимости не идентичны сами себе. На наш взгляд, самой трудной вехой выдалась вторая половина 90-ых годов. Первая часть «ревущих девяностых» тоже была не сахар, но тогда кризис от распада общесоюзных связей и путаница с идентичностью огромных масс населения компенсировалась эйфорией обретения казахской государственности и захватывало дух от новых возможностей.
Во второй половине 90-ых эйфория отпустила, а вот новые реалии впечатляли не очень. Вдруг оказалось, что Казахстан был не только частью Империи Зла, но и нормальным блоком одной из двух мировых сверхдержав. Новый формат своими объективными параметрами не очень вдохновлял, тем более когда твой сосед экономически всеобъемлющий Китай, а «Вашингтонский обком» оказался практически ...главным обкомом. Оптимизм от тюркского и центральноазиатского единства сильно поубавился. В казахской правящей элите, которая до середины 90-ых годов демонстрировала завидное единство (в отличие от России или Таджикистана) началась борьба за первенство, которую принято ассоциировать с фигурой экс-премьера Акежана Кажегельдина.
Стоит признать, что Казахстану повезло с лидером. Лидер – это в первую очередь смелость и ответственность, способность брать инициативу на себя, думать, взвешивать, а приняв решение – действовать или терпеть (в зависимости от решения). Нурсултан Назарбаев проявил все эти качества в лучшем виде, решая вопросы от переноса столицы (тоже своего рода проект демонстрации духа) до принятия вызова реального политика, по сравнению с которым что Мухтар Аблязов, что Рахат Алиев как щенки против матерого волка.
Потом начались благодатные нулевые и в страну пошли нефтедоллары от сильно поднявшегося в цене «черного золота». Население наконец-то стало покрываться жирком. Тут уже многие граждане по достоинству оценили конец железного занавеса и стали воочию знакомиться с Турцией, Китаем, государствами Европы, Таиландом, США, экзотическими островами. Казалось, что благоприятная жизнь вот-вот прейдет в автоматический режим.
За занавесом «жирных лет» не все заметили стратегическую ошибку, совершенную властью в 2004 году. Если бы в тот год партии «Ак жол» и «Асар» получили те голоса, которые им отдали избиратели, то сегодня мы жили бы в качественно иной стране по развитию всевозможных институтов. Например, парламент мог вполне вырасти в серьезный государственный орган, а не раздражал бы людей своей никчемностью и беззубостью. Как ни крути, а опереться можно только на то, что сопротивляется. Но это так сказать позитивный сценарий. Вполне возможно, что решение не давать власть политикам, которые ее недостойны (власть требует от ее носителя определенной силы и мужества, а политики из «Ак жола» ничего подобного не продемонстрировали) спасло Казахстан от киргизского или украинского сценария.
Несмотря на исключительную этническую пестроту Казахстана, Нурсултану Назарбаеву 22 года удается избегать серьезных межэтнических конфликтов. Если называть вещи своими именами, то для Республики Казахстан достаточно одного-единственного мощного противостояния между казахами и русскими, после которого могут наступить чрезвычайно печальные последствия. Есть и другие этнические группы, которые по любым классификациям считаются крупными и в основной своей массе стараются поддерживать единство народа страны.
Правда, в последние годы – теперь мы говорим о «десятых» – стало больше провокаторов, которые пытаются разыграть этническую карту. К счастью для Казахстана, большинство жителей умом или интуицией осознает насколько важна для страны межэтническая гармония. В противном случае те ресурсы, которые вкладываются в раскачивание ситуации, давно дали бы результат. Тем более после 2008 года, когда материальное благосостояние основной массы населения перестало улучшаться.
Двоякое впечатление от нефтедолларов, счет которых в Казахстане идет на десятки и десятки миллиардов. Уполномоченные на это чиновники распорядились колоссальными ресурсами бездарно. С другой стороны, в отношении соседней России можно сказать то же самое. Азербайджан – еще одно богатое нефтью и газом постсоветское государство, тоже не показал каких-либо завидных результатов. Астана просто не создала собственной нефтяной промышленности, тогда как Баку угробил уже имевшуюся. В общем, все постсоветские страны не блещут в плане показателей, если их сравнивать с самими собой в составе СССР. Даже широко распиаренные прибалтийские республики после вхождения в Европейский союз зарекомендовали себя лишь в качестве поставщиков рабочей силы да место сравнительно недорогого отдыха для пенсионеров с европейским качеством сервиса.
В тех же Латвии и Эстонии проживают сотни тысяч неграждан. Тогда как в Казахстане, где один КарЛаг по историческим меркам совсем недавно занимал площадь, равную Франции, все кто 16 декабря 1991 года оказался в Республике Казахстан, стали ее гражданами без всякой дискриминации. Кто не хотел связывать свою жизнь с новой родиной – без проблем продавали жилье, движимое имущество и отправлялись на поиски счастья за пределы страны. Для сравнения: в Узбекистане подобного либерального отношения к выезжающим не было и в помине. Из Таджикистана в период гражданской войны многие бежали в буквальном смысле под пулями и для кого-то все это закончилось трагически. Въездное законодательство Казахстана тоже довольно либеральное. 23000 человек, иммигрировавших в РК с Украины, например, могут это подтвердить.
За годы независимости сильнее стали диспропорции между городом и сельской местностью. Здесь Казахстан явно сдал позиции по сравнению с поздним советским периодом. С другой стороны, для тех, кто готов и может работать на земле – коридор возможностей однозначно есть. Можно получить землю в долгосрочную аренду, действуют государственные программы по лизингу сельскохозяйственной техники. Будь все действительно так плохо, как порой можно прочитать в СМИ или социальных сетях, Казахстан не входил бы в число ведущих государств планеты по производству и экспорту зерна и муки.
Без наполнения осталась декларация о том, что Казахстан является правовым и социальным государством. В судебной системе и среди правоохранительных органов порядок еще наводить и наводить. Удивляющая своей некомпетентностью работа судов тем более поражает, что судей всего порядка 2000, но в формат работы хотя бы на «удовлетворительно» судейский корпус до сих пор выйти не может. Назвать нормальной ситуацию, когда черта бедности составляет 40% от прожиточного минимума, тоже язык не поворачивается. За 22 года независимости и при таких баснословных природных богатствах черта бедности уже давно обязана пролегать вровень с прожиточным минимумом. Да и повышение пенсионного возраста для женщин форсировать совершенно не стоило.
Из успехов последнего времени можно выделить предстоящий перевод вооруженных сил на 100% комплектования по контракту. На самом деле это большой шаг в плане свободы выбора. Если человек пацифист, то ему ничего государству доказывать не надо, а если он по своему психотипу воин – автомат и достойная зарплата его ждут.
Плохо, что кризисные явления в экономике Казахстана накладываются на системный кризис глобальной экономики. Однако с высоты 22 года независимости видно, что это пустяки по сравнению с наблюдаемым размахом коррупции, особенно в среднем и высшем звене государственного аппарата. Опять же все познается в сравнении. Даже со столь масштабным злом республика вполне сносно смотрится в большой семье независимых государств. Поэтому просто дрожь берет на какие высоты сможет выйти Казахстан, если сделает рывок над собой и снизит коррупцию до безопасных показателей. Тогда и страшилки о грядущих схватках элитариев за верховную власть будут восприниматься обывателями и экспертами совсем не в таком тревожном ключе, как сейчас. Так что, остается одно: вперед Казахстан! Алга бас! Только вперед!