Этот текст был написан по просьбе редактора одной из независимых российских газет. Но в итоге, после бурных дискуссий на редколлегии, его отказались печатать. Почему - вы поймете сами. Но этот текст о том, о чем я не в праве молчать и о чем молчать дальше невозможно. По крайней мере мне, русскому украинцу, каковым я осознал себя в эти горькие дни. За все, что мы говорим, мы отвечаем перед Богом. Считайте, что это мое Великопостное послание.

Много раз, начиная с 91-го года, я задавался вопросом – почему в России, на официальном медийном, да пожалуй и политическом уровне господствует хамское, пренебрежительное отношение к Украине, украинскому народу и украинской культуре и истории?

Много раз я видел, как по государственным теле и радиоканалам (не говоря уж о частных) выступали политологи и депутаты Госдумы (прошлых и нынешнего созывов), которые транслировали на всю РФ и на всю Украину свои мысли о том, что:
- такого народа как украинцы не существует – это некий неудавшийся подвид русских (совершенным, идеальным вариантом которых, конечно же, являются москвичи и питерцы);
- украинский язык – некий малороссийский диалект русского языка, который дерзко бросил вызов идеальному, «литературному», все тому же московскому и питерскому Hochrussisch;
- Украина это какая-то случайная страна, которая якобы называется Малороссия или Киевская Русь или как-то там еще (только бы не Украина!), но по воле большевиков, при поддержке нацистов, сталинистов и американских империалистов нагло существует, бросая вызов прекрасному и сиятельному «русскому миру» (с центром, естественно в Москве);
- украинская история – это странный набор бандеровско-петлюровской пропаганды, целью которой является опорочивание великой имперской истории России и создание этакого варианта исторического русофобского анекдота.

Уверен, что и Валентина Матвиенко (Тютина) (уроженка г. Шепетовки Каменец-Подольской области), и Ирина Яровая (Черняховская) (уроженка г. Макеевки Донецкой области) (председатель верхней палаты и явный политический лидер нижней палаты Парламента РФ) не считают, что украинцев, их языка, их страны и их истории нет и не было.

Равно как и примерно десятки миллионов граждан России, имеющих украинские корни, украинские фамилии, хранящих память об украинском происхождении своих прабабушек и прадедушек.

Почему же в современной России ощущается неуклонное желание части политической, экономической и информационной элиты оскорбить украинское, унизить его, спародировать, представить страну Киево-Печерской и Почаевской Лавр в лице омерзительной «верки-сердючки», не способной вызвать никакой естественной реакции, кроме тошнотворно-блевотной?

Почему, санкционируя ввод войск на Украину, Совет федерации заявил о защите прав «русских и русскоязычных», не упомянув огромный украинский народ - как будто украинцев не существует, их права для России несущественны, а само произнесение слова «украинский» невыносимо?

Великие страны, претендующие на собственный исторические проект, защищая этнические и религиозные группы, декларируют защиту принципов – свободы, справедливости, закона и порядка.

Декларируя защиту исключительно этнических или языковых групп они сами обречены стать всего лишь такой же этнической и языковой группой.

О великих принципах Москвой не было произнесено внятно.

Как будто злобный дух парализовал рассудок российской политической мысли, нашептал ей эту формулу «русские и русскоязычные» и она совершила почти непоправимую историческую ошибку.

Но не скрывается ли здесь некий более глубокий смысл? Не есть ли это не оговорка, но проявление смертельной для русского дела, русской истории и русского народа тенденции?

Уверен, в «украинском синдроме» (так его назовем) проявляется «кащеева тайна» всей провальной и безнадежной национальной политики постсоветской России и главный секрет ее болезненности и несостоятельности.

Если страшно, не хочется, неприятно открыто признать историческое бытие многомиллионного украинского народа и необходимость его защиты Россией, найти с ним историческое взаимопонимание, то что тогда ждать от политики по отношению к народам меньшим по численности и по человеческому потенциалу?

Лгать о «никогда не существовавших на территории Российской империи межнациональных и межконфессиональных конфликтах»?

И делать вид, что польско-католический, еврейско-иудейский, тюрко-кавказско-мусульманский, русско-казачье-староверческий (и так далее) «вопросы», разрешавшиеся империей кровавыми войнами, погромами, сегрегацией, депортациями, конечно никогда не существовали.

Прививать русскому народу черты, которые не только никогда не были ему свойственны, но и казались всегда ему отвратительны – презрение и высокомерие по отношению к другим народам, страх перед ними, желание отгородиться от них стеной гетто?

Украинцы – самый близкий русским по духу, по культуре, по языку, по ментальности на земле народ.

Собственно, русские как этнос сформировались из смешения славян с угро-финнами в рамках единой огромной державы на востоке Европы.

Отрезав русских от славян Украины (наибольшее количество межнациональных браков в СССР было именно русско-украинских), выморив и уничтожив угро-финский по корням русский Север и Нечерноземье, во что враги превратят русский народ? И что планируют подразумевать в будущем под именем «русские»?

Кто или что собирается заменить реальных русских на этих нефте-газовых пространствах?

От имени русского православного народа и в его защиту говорят странные фрики, порой выглядящие карикатурами на людей.

Теперь еще в официальном политическом языке появился и мутный термин «русскоязычные», под который можно подогнать кого угодно – хоть какого-нибудь европейского филолога-русиста, из принципа и из любви к Чехову говорящего и думающего только на русском, хоть киргизского трудового мигранта, усиленно желающего вписаться в московскую жизнь, хоть брайтонского жителя, спикающего со своими френдами на русском ленгвиче после ланчевания в ресторане «Русский самовар».

Похабно развязный, антицерковный, голубоватый «спутникипогром», выступающий за распад страны, цитирующийся теперь на главных телеканалах страны и промутируйщийся как провластными сми, так и оппозиционным «Дождем» - один из свежеиспеченных источников вдохновения нового русского «просвещенного национализма».

Все это является одной из главных угроз историческому бытию русского народа.

Это переводит реальную трагическую социально-политическую проблематику его развития в виртуальный мир национальных конфликтов. Теперь еще и с «украинским национализмом».

Это отрезает русских от всегда подпитывавших их культурное, экономическое и политическое развитие человеческих контактов с народами Евразии.

Новый русский национализм создан для окончательной передачи судьбы русского народа в руки олигархической бюрократии и международных финансовых спекулянтов.

Тема «спасения русских от украинцев», противопоставление двух народов, выделение «русской судьбы» в отдельную историческую повестку от судьбы украинской – только страшный и большой шаг на пути реализации этого проекта.

Самое смешное, что украинский национализм киевского разлива со всем его бредом о русских и о России – зеркальная конструкция всего того, что я описал выше.

Русские в его кривом зеркале вечно пьяные азиаты, с мрачной решимостью стремящиеся к порабощению всех окрестных народов (особенно украинцев).

Не одни ли и те же заказчики этих виртуальных национализмов?

Стравить два самых больших в Восточной Европе и самых близких друг другу христианских народа (русский и украинский) между собой, проложить между ними непреодолимую борозду ненависти.

Разделить и управлять по отдельности.

Я провел последние несколько дней в Крыму. Оттуда вся эта официальная истерическая забота о защите русских на Украине выглядит не просто странно - она выглядит чудовищно.

Русские и украинцы в Крыму это один народ, который здесь называют «славяне», свободно говорящий то на русском, то на украинском.

Славяне - потому, что другой относительно большой народ здесь – крымские татары, которые пребывают в страшной тревоге.

Славян в Крыму примерно два миллиона, татар – триста тысяч.

Большая часть этого прекрасного и трудолюбивого народа, лишенного Сталиным не только Родины, но даже имени – простые крестьяне, не искушенные в тонкостях геополитики.

Они никогда за всю свою историю не видели от Москвы ничего хорошего и не слышали о таковом «хорошем» от своих предков. Москва в их представлении – это место, где всему народу дали приказ за 40 минут покинуть Родину и отправиться под дулами автоматов в азиатскую чужбину.

И теперь Москва пришла в Крым, по ее словам, «для защиты русских». От кого, думают татары, защищать русских в Крыму?

Украинских националистов бандеровского разлива в Крыму пара десятков человек, наверное, найдется.

Стало быть, думают крымские татары, Россия хочет защищать русских от нас, крымских татар. А, стало быть, крымских татар опять собираются депортировать.

И распространяются среди крымско-татарского народа слухи о том, что уже подогнали вагоны и скоро российские солдаты начнут туда загонять людей.

А из российских телеканалов льется потоком ложь о ваххабизме и терроризме крымско-татарского народа, о его желании «резать русских». А каждое российское слово в Крыму слышится и примечается.

Чтобы воспрепятствовать этому опасному идиотизму, в Симферополе, Феодосии, Судаке и других местах русские, украинские и татарские ребята, организовали Координационный центр народных дружин для того, чтобы предотвращать провокации и успокаивать людей.

Но в татарских селах старики думают так: «Если Москва лжет про нас, значит нас хотят опять объявить врагами и предателями и сослать в Сибирь, отобрать наши дома».

И никто не говорит им от имени Москвы, что это не так.

Да, ладно, кто они такие? На что они влияют? – отмахнутся в Москве. Мы тут русский мир собираем!

Я отвечу им – русский мир, противопоставляя русских коренным народам Евразии, не соберешь. А вот русское гетто по израильскому лекалу построишь.

Сегодня русский мир собирает тот, кто ищет взаимоотношений и договоренностей с соседними народами.

Сегодня русский мир собирает тот, кто делает все, чтобы не допустить вражды и войны между русскими и украинцами, замешанной на национальной основе.

Тот, чью душу радуют слова: «Душу, тіло ми положим за нашу свободу,

i покажем, що ми, браття, козацького роду.”.

И тот, кто не забывает горькие слова Константина Леонтьева: «Мы прожили много, сотворили духом мало и стоим у какого-то страшного предела...”

Украинские события и есть этот предел.