:: Николай Кузьмин. НА ЮГ ЧЕРЕЗ ЮГО-ЗАПАД

Просмотров: 777 Рейтинг: 4.2

Наша собственная жизнь не то чтобы скучна, но она дает мало поводов для оптимизма. Отключения электроэнергии сменяются неурожаем, массовая гибель шахтеров – всплеском бытового насилия, рост цен на продукты – повышением тарифов на коммунальные услуги. Поэтому позитив нам приходится искать где-то на стороне. На севере мы его искать не хотим, там страшная Россия, которую мы боимся. Не случайно в последнее время журналисты и сетевые хомячки стали все чаще употреблять вместо слова «Россия» эвфемизм «северный сосед», подобно тому, как древние тюрки использовали различные эвфемизмы для обозначения волка.

На самом деле не боимся, конечно. Иначе бы не ехали туда на работу и учебу в таком количестве. Нам просто неприятно признаваться себе, что без России у нас не было бы ни еды, ни электричества, ни выхода на внешние рынки. Поэтому нам приятнее глядеть на Европу или на Южную Корею, мы и на работу туда ездим, и на учебу, просто не так массово. Почти как в песне Бориса Гребенщикова «Электрический пес», где «один с изумлением смотрит на Запад, а другой с восторгом глядит на Восток». Кто-то, пожалуй, стал бы рассуждать о том, что раб хочет не свободу, а новых хозяев. А мы предлагаем вместо этого взглянуть на Юг. Не на Узбекистан, хотя там тоже много интересного, а южнее, на Иран, Турцию, Саудовскую Аравию и Объединенные Арабские Эмираты.

Эти страны лишь географически объединяются под термином «Ближний и Средний Восток». А так это три разных мира – тюркский, арабский и персидский. Две ветви ислама – суннизм и шиизм. Два типа экономик: Турция зависит от импорта нефти, Иран, ОАЭ и КСА – от ее экспорта.

Что же объединяет Турцию, ОАЭ, Иран и Казахстан? Обход антироссийских санкций. В начале декабря Министерство финансов США выпустило новый санкционный список, куда вошли 15 компаний из Эмиратов и 8 – Турции.

Компаний из Ирана и Казахстана там нет. Но не потому, что они не торгуют с Россией. Просто Иран вообще вне контроля американских властей, точнее, против него уже введены все возможные санкции. А с Казахстаном эту тему американцы совсем недавно обсуждали и мы им продемонстрировали нашу твердую решимость не допускать реэкспорта в РФ товаров двойного назначения, да и вообще подсанкционных товаров.

Мы уже отмечали, что антироссийские санкции давно стали в США самостоятельным бизнесом, в который вовлечены и государственные служащие, и академическая среда, и даже частный бизнес. Европа от своих заокеанских патронов сильно отстает, но в целом движется в том же направлении. Вскоре нас осчастливит своим визитом специальный посланник Европейского союза по санкциям Дэвид О’Салливан, который уже был у нас в апреле. Что ж, послушаем, может быть, что-то новое скажет.

Эксперты справедливо отмечают, что сокращение европейского экспорта в Россию, произошедшее в 2022–2023 годах, намного больше по своим масштабам того реэкспорта, который идет через Казахстан, Азербайджан, Армению и Кыргызстан. Поэтому борьба с обходом санкций может дать лишь очень небольшой эффект. Но подобно тому, как вывод из запоя, кодирование и избавление от зависимости становятся таким же прибыльным бизнесом, так торговля алкоголем, так и борьба с обходом санкций становится бизнесом. Она уже породила целое направление в журналистике, политологии и экономике. Наверняка где-то уже защищают докторские и читают лекции. ЕБРР, например, посвятил обходу санкций солидный труд.

Конечно, санкции и их обход – это так, детали. Важнее то, что все наши южные соседи ориентированы на Восток, а не на Запад.

В начале ноября в Ташкенте состоялся 16 саммит Организации экономического сотрудничества. У нас он прошел практически незамеченным. Казахстан на нем представлял премьер-министр, а не президент. Касым-Жомарт Токаев был занят на форуме межрегионального сотрудничества Казахстана и России. Это хороший повод поговорить о приоритетах казахстанской торговли. На одной чаше весов – Россия, на другой – члены ОЭС, то есть Турция, Иран, Пакистан (эти страны основали организацию в 1985 году), а также Афганистан, Азербайджан и все государства Центральной Азии (они присоединились в 1992 году). Россия перевесила, что неудивительно. Напомним, что объем взаимной торговли РК и РФ в прошлом году превысил 28 миллиардов долларов, как рассказал Владимир Путин на том самом форуме. А товарооборот Казахстана со всеми странами ОЭС в прошлом году составил 16,5 млрд. долларов. Причем Алихан Смаилов в своем выступлении на саммите оценил это как большой прогресс. Он с тревогой отметил снижение торгового оборота в этом году и для исправления ситуации заявил о готовности Казахстана «экспортировать в каждую страну Организации дополнительно в среднем порядка 100 видов товаров». Нетрудно представить себе, что подумали об этом предложении остальные участники саммита, представляющие страны довольно бедные, стремящиеся продать побольше, а купить поменьше.

Но интересней другое. Алихан Смаилов, рассказав про Срединный коридор и Транскаспийский маршрут, заявил, что Казахстан принимает меры по раскрытию потенциала транспортного коридора «Север-Юг». Причем для развития данного маршрута разработана Дорожная карта совместно с Ираном, Туркменистаном и Россией, реализация которой позволит увеличить мощности коридора с 10 до 15 млн. тонн до 2027 года. Таким образом, северный сосед на самом деле не только не мешает, но даже помогает нам пробивать коридор на юг.

Одним из приоритетных для нас направлений в последние годы стало развитие ТМТМ (Транскаспийского международного транспортного маршрута) или Срединного коридора. У нас в этом проекте два интереса – экспортный и транзитный. Для наращивания нашего экспорта (то есть нефти) нам нужно обеспечить доставку к трубе Баку-Тбилиси-Джейхан. Сегодня мы создали с эмиратской компаний AD Ports Group совместное предприятие и наращиваем наш танкерный флот на Каспии. Выбор партнера тут не случаен, переговоры с Эмиратами о сотрудничестве на Каспии мы вели еще в 2014 году.

Заметим, что мы одновременно ведем переговоры с теми же Эмиратами и даже с той же самой фирмой в компании других членов ЕАЭС. На правительственном уровне Евразийская экономическая комиссия обсуждает соглашение о свободной торговле, создание в ОАЭ логистического хаба ЕАЭС, а также подключение эмиратцев к проекту «Евразийский агроэкспресс», который предполагает перевозку продуктов питания ускоренными контейнерными поездами с применением электронного документооборота. Это, так сказать, маленький штрих к вопросу о выходе из ЕАЭС.

Про наши отношения с Турцией мы уже неоднократно писали, поэтому кратко повторим основные пункты. Турция для нас четвертый по значимости торговый партнер, по итогам прошлого года товарооборот составил 6,3 млрд. долларов. Торговый баланс в нашу пользу, в основном за счет нефти. Мы из Турции получаем одежду, обувь и все, что прежде называли товарами народного потребления. Проблемных вопросов немного, но они есть. Турция требует от нас признания Турецкой Республики Северный Кипр, а Евросоюз и США требуют от нас не делать этого. Турки выступают за развитие новых транспортных коридоров, но денег на это выделить не могут. Финансовое положение у них, мягко говоря, непростое. Лира обесценивается. В попытках обуздать инфляцию 23 ноября Центральный банк Турции повысил учетную ставку до 40%, что намного превышает прогнозы рынка (эксперты Bloombergпредсказывали рост до 36%). В такой ситуации Анкара видит спасение лишь в помощи Евросоюза и европейских финансовых институтов.

Товарооборот Казахстана и Саудовской Аравии в прошлом году составил всего лишь 16,5 млн. долларов, объем торговли с ОАЭ – 633 миллиона. Зато в качестве потенциальных инвесторов и эмираты, и королевство сегодня интересней Турции. С теми же ОАЭ мы уже создали СП по развитию грузовых перевозок на Каспии. Совместно с саудитами мы будем строить у Джунгарских ворот ветряную электростанцию мощностью один гигаватт. Очень важный нюанс – на последнем саммите БРИКС Иран, Саудовская Аравия и ОАЭ были приглашены в члены объединения.

Товарооборот с Ираном в прошлом году составил 521,4 млн. долларов. Инвестиций в нашу экономику немного. Но именно через иранские порты на берегу Индийского океана можно получить выход и к Индии, и к странам Персидского Залива, в том числе к Саудовской Аравии и Эмиратам. Иран, как и Казахстан, является членом ШОС, но в рамках этой организации каких-то общих проектов нет. Ни банка, ни фонда развития ШОС пока не создано, ведутся лишь разговоры об этом.

18 октября 2023 года истек срок действия ограничений, установленных резолюцией 2231 (2015) Совета Безопасности ООН для сдерживания иранской ракетной программы. Это значит, что теперь любое сотрудничество с Ираном в этой сфере вполне законно. США пытались продлить действие санкций, но безуспешно. Тогда они совместно со своими союзниками ввели против ИРИ собственные санкции, которые, конечно же, считают обязательными к исполнению абсолютно всеми. Для нас в данном случае важно то, что ни Казахстан, ни Турция, ни Королевство Саудовская Аравия, ни Объединенные Арабские Эмираты под этим заявлением не подписались. Следовательно, поставки оружия из Ирана в Россию и из России в Иран являются легальными.

Хотя на двусторонних встречах с иранцами, саудитами и эмиратцами принято говорить о том, потенциал взаимной торговли еще не раскрыт, довольно скромные цифры говорят об одном – мы не торгуем нефтью и металлами. Наш экспорт в Турцию в прошлом году составил 4,7 млрд. долларов. Но если мы уберем из него нефть и нефтепродукты, медь и цинк, то стоимость экспорта сократится на четыре миллиарда. ИРИ, КСА и ОАЭ сами – крупные экспортеры нефти. Но их основной покупатель – Китай.

Интересы Пекина принято связывать с транспортным коридором «Восток-Запад», но если двигаться по Срединному коридору, то есть от Хоргоса или Достыка к Актау, то можно повернуть на юг и дойти до Ирана и Персидского залива.

В свое время китайцы потратили много сил и средств, чтобы доказать коммерческую состоятельность железнодорожных перевозок. Но стратегическое значение континентальных транспортных коридоров в том, что они не могут быть заблокированы Соединенными Штатами. В том, что англичане и американцы готовы устроить морскую блокаду в любой момент, китайцы убедились еще в XIX веке, во времена опиумных войн. Сегодня, несмотря на многократно возросшее геополитическое влияние и наличие современных военно-морских сил, а также ракетных войск, уязвимость Китая перед морской блокадой не снизилась, скорее наоборот. В мировой торговле КНР занимает первое место по экспорту и второе – по импорту. Конечно, все эти железнодорожные коридоры морские перевозки никогда не заменят, как и труба Баку-Тбилиси-Джейхан никогда не заменит КТК, но определенной страховкой являются.

Вот и для Казахстана «южный фланг» не может заменить северный, то есть Россию, западный, то есть Европу, или восточный, то есть Китай, по объему торговли и инвестиций. Но он, во-первых, небесполезное дополнение к основным партнерам. Во-вторых, он важный элемент складывающейся геополитической системы. Ни одна из стран «юга» не входит ни в восточный, ни в западный блок, даже член НАТО Турция. Поэтому для нас страны Юга – это опора в нашей политике многовекторности.

Источник: TuranPress

Средняя: 4.2 (6 оценок)