Мнение

Обострение кризисных тенденций в мировой экономике, которое уже сказалось и еще скажется на Казахстане, ставит вопрос о критическом осмыслении пройденного пути, о реальной антикризисной политике, о системности в реформировании государственных институтов. Мы из периода низких цен на сырье в 90-х быстро перепрыгнули в сверхдоходные 2000-е, что, по сути, несколько сбило с пути устойчивого и постепенного развития. Думаю, на роль 6-го Мажилиса выпадет необходимость принятия немало числа достаточно важных решений, и с точки зрения стабильности и выбора путей дальнейшего развития страны очень важно, чтобы в нем были представлены все значимые партийные силы...

...большинство населения незнакомо с особенностями избирательного законодательства. Если власть дает народу уверенность в будущем, создает условия для стабильного роста благосостояния, гарантирует безопасность, мир и прочее, то простым гражданам, по большому счету, безразлично, что происходит "наверху". Как только власти показали свою зависимость от цен на нефть и свою неэффективность при резком их падении, граждане стали задумываться: "как же так получилось, что в такой большой и богатой стране с небольшим количеством населения могут быть подобные проблемы?". Люди не то чтобы не интересуются выборным процессом, они просто не в состоянии понять все механизмы, изучить зарубежный опыт, а тем более увидеть то, как должно быть на самом деле. Естественно, значительная часть казахстанцев твердо уверена: от них ничего не зависит. А если от них ничего не зависит, то какой смысл тратить время и нервы на получение знаний и на попытки бороться за свои права? Такая ситуация характерна для неразвитого гражданского общества. Более того, власти не заинтересованы в его развитии.

В принципе можно сказать, что Гражданскую войну, даже если бы не было националистов, устроил не Ленин, а Мария Владиславовна Захарченко, урожденная Лысова. Машенька Лысова окончила Смольный институт и была весьма утонченной интеллектуальной барышней. Но когда в начале лета 1917 года мужики сожгли родительскую усадьбу, Машенька организовала отряд из помещичьих сынков и гимназистов, спалила несколько сел и лично расстреливала крестьян, уличенных в грабеже поместья. В Добрармии Машенька расстреливала пленных красноармейцев уже из "Максима", за что господа офицеры прозвали ее "бешеной Марией". Причем таких Машенек, Петенек, Вовочек были тысячи, а о Машеньке мы знаем только потому, что мадам Захарченко (ее фамилия по восьмому мужу) стала одной из главных фигуранток в операции "Трест". Историк Сергей Кара-Мурза назвал одну из главных причин Гражданской войны "социальный расизм влиятельнейшей части российской элиты".

Казахи любили и будут любить лошадей, но возрождать истинную национальную породу коней не станут. По мнению экспертов, государство не создает условий для коневодства.

В настоящее время казахстанская историческая наука находится очень далеко от магистрального пути.

Резко упало качество подготовки кадров, ушла генерация старых ученых, которых можно было

критиковать за старую методологию, но она хотя бы была.

К сожалению, быстрое привыкание к сверхдоходам привело к тому, что население и элита стали воспринимать такой уровень доходов как константу"… Когда начались проблемы 2008-09 годов, настроение было шапкозакидательское. Официальное признание антикризисного регулирования не прозвучало. Принимались антикризисные меры – секвестр бюджета, пересмотр программ, применение тех или иных механизмов, но словосочетание "антикризисная программа" не использовалось. Экономика поспевала в то время за последним всплеском цен на сырье. Было очевидно, что многие факторы как выход сланцевой нефти, выход других игроков на мировой рынок нефти и др. никто всерьез не рассматривал. Подходы остались те же. Уровень программ и коррупции, если не снизились, то остались на том же уровне. Требование казахстанского содержания осталось формальным. Блок реформ был реализован не надлежащим образом, в итоге все свелось к пропаганде и успокоению. А учитывая крепкие связи правительства с крупным бизнесом, оценивать те или иные меры Кабмина стало намного труднее. Например, классическая мера – девальвация тенге. С одной стороны, есть макроэкономические параметры, которые как бы говорят о необходимости снижения курса. С другой – есть крупные корпорации и банки, которым девальвация позволила скрыть провалы в работе, получить сверхприбыль. В-третьих, есть бюджет, которому девальвация позволяет сбалансировать доходы. И понять где кончается макроэкономика, а где начинается защита интересов большого бизнеса – очень сложно.

…Интересно узнать, когда закончился "первый кризис", и каковы вообще Ваши критерии, с помощью которых определяется, когда кризис начинается и заканчивается <…> не совсем понятна полезность новости, если в ней сообщается о создании Call-центра, но не указывается его контакты. А сопровождение текста с фото, где указан февраль 2015 года, и вовсе оставляет читателя в полной прострации. Эта новость создает стойкое ощущение, что в НПП полный бардак, а любые события используются лишь ради пиара. Конечно, пиар – это важный элемент внешней деятельности любой организации, но он не должен быть основным и тем более единственным видом внешней деятельности.

Происходит смена поколений и тут есть любопытный момент. У нас часто любят говорить, что, мол, такой-то слишком молод для заметной должности, хотя этому чиновнику может быть и 40-50 и даже 60 лет. Просто когда-то давно его запомнили как «молодого экономиста», но прошло уже лет 15, а он все еще «молодежь», которой рано рулить. Однако Нурсултан Абишевич пришел к власти в 1989 году, когда ему было 49 лет, и он совершенно не воспринимался незрелым политиком. Он воспринимался состоявшимся и одновременно динамичным. А сегодня чиновник в 60 с гаком все еще «на новенького», о 35-летних не приходится и говорить – это такой забавный парадокс восприятия. В целом сменяемость все же идет, однако новое поколение в полную мощность себя еще не показало. За исключением «старой гвардии», мало кто из казахстанских политиков и чиновников проявлял себя не только на праздниках, презентациях и красивых докладах. И это понятно – люди росли в относительно спокойной обстановке, в годы высоких цен на нефть. В условиях масштабного кризиса они не обкатаны, а оценивать чиновника нужно не по тому, как он справляется с пропагандой, а по тому, как он будет управлять вверенным ему ведомством или акиматом в настоящий шторм. И как раз кризисных менеджеров в стране действительно не хватает. Беда в том, что многие представители «молодых» необходимость кризисных методов управления вообще не признают и продолжают существовать в мире «розовых пони», надеяться на возвращение нефтяных сверхдоходов. Поэтому то, как государство будет работать при 20 долларах за баррель, предсказать крайне трудно.