:: Марина Попова. ВСЕКАЗАХСТАНСКИЙ ПОТОП

Просмотров: 637 Рейтинг: 3.6

Зимой мы замерзаем, весной тонем, летом приходят засуха и пожары. И так по кругу из года в год. Можно обвинять во всем климатические изменения, но скорее всего это все наше вечное авось, замешанное на коррупционной системе управления. Конец марта нахлынул на казахстанцев не только теплом, но и большой водой. 

Каждому акиму своя пилюля 

Президент произвел «разбор полетов» по сложившейся ситуации с паводками и сделал оргвыводы. А еще он извинился перед населением пострадавших районов. Президент извинился. Акимы не извинились. 

«Компетентные учреждения (акиматы, МЧС, Министерство водных ресурсов и ирригации) не работают сообща, уклоняются от ответственности. Перекладывают работу друг на друга. Если ситуация не изменится, надо отстранять от должности ответственных лиц. Главный критерий — эффективность государственных служащих. Между государственными органами и акиматами отсутствует четкий и стабильный алгоритм коммуникации. Соответствующее министерство должно контролировать готовность страны к стихийным бедствиям. Это его основная задача», — отметил Касым-Жомарт Токаев. В ходе заседания штаба по координации противопаводковых мероприятий Президент четко зафиксировал факт не только финансовых, но и политических потерь. 

Между тем глава Казгидромета заявила, что акиматы загодя были предупреждены о грядущих наводнениях. По словам главного синоптика Данары Алимбаевой, начиная с декабря все знали, что в Актюбинской, Атырауской, Костанайской, Карагандинской, Абайской и Восточно-Казахстанской областях высок риск паводков. 

«Эта информация была направлена в местные исполнительные органы. Более того, начиная с марта мы «штормим» — выпущено более 100 штормовых предупреждений», — отметила она. 

По данным МЧС, в этом году на противопаводковые мероприятия по всей стране местные исполнительные органы выделили более 7 миллиардов тенге. 

попова паводки (4).jpg

Хроника “мокрых” времен

Аким Западно-Казахстанской области Нариман Турегалиев 2 апреля объявил в регионе режим ЧС из-за паводков. Жилые дома оказались затоплены в четырех районах региона, 4000 человек, из которых половина дети, эвакуировали. 

ЧС в Кокшетау объявили 29 марта. Около ста человек, чьи дома пострадали от паводков, разместили в подготовленных помещениях для временного проживания. Из-за разлива воды из реки Кылшакты затоплены 16 частных домов, 29 частных дворовых территорий, 12 многоэтажных жилых дворов и один этаж детского сада. 

Режим ЧС был объявлен в Актобе и трех районах области 28 марта. Подтопление началось 26 марта из-за резкого потепления. Несколько жилых массивов и садоводческих коллективов оказались в зоне риска. Вода вошла в 73 дома, эвакуировали 155 человек. Людей в селах эвакуируют прямо с крыш домов. Вертолету Ми-8 пришлось зависнуть в метре от крыши строения и принять на борт ждавших помощи людей. На время пришлось закрыть международный аэропорт Актобе из-за затопления талыми водами, 14 рейсов задержано. 

Западно-Казахстанская область. В регионе, по данным синоптиков, уровень воды в Оленты повысился сразу на шесть метров. В 1980 году он доходил лишь до 5,5 метра. Уральск превратился в Венецию: город затапливает талым снегом и дождем. Акиму города объявили строгий выговор. Глава ЗКО сообщил, что затонул даже акимат. В регионе эвакуированы 3744 человека, из них 1455 детей. 

Костанайская область. Большая вода пришла в регион 25 марта. В этот день в Аркалыке и прилегающих к нему селах произошло масштабное затопление домов и улиц. Больше половины жителей города оказались в непростом положении. После обильных осадков и таяния снега вода не только затопила дворы и улицы, но и зашла в частные и многоквартирные дома. Жители уверены: дело не в природной стихии, а в равнодушии и халатности властей. Более 1400 человек отказались от эвакуации из подтопленных территорий региона. С 28 марта Аркалык, Амангельдинский и Джангельдинский районы живут в режиме ЧС. 

Абайская область: акимат Аягозского района объявил ЧС местного масштаба. На 20-м километре автодороги Аягоз — Бозай размыло дорожное полотно моста. Прекращено транспортное сообщение, организовано дежурство. ЧС местного масштаба было объявлено в Аягозском районе, где велись поиски троих пропавших людей. С 23 марта спасатели ищут 47-летнего мужчину, который переправлялся через реку Аягоз на работу и, вероятно, утонул. С 26 марта ищут двоих жителей, которые на тракторе переезжали реку Борлы и пропали. В Аягозском районе 27 марта размыло дорогу, талыми водами разрушено 25 метров моста через реку Аягоз. 

Акмолинская область: ночью в селе Коянды Целиноградского района местные жители перекрыли республиканскую трассу Астана — Боровое, к их домам подобралась вода. По их словам, такое происходит ежегодно. 

Карагандинская область. Здесь ждут второй волны паводка. Сорок процентов территорий Нуринского, Осакаровского районов и северной части Актогайского покрыты снегом. Для предотвращения ЧС в паводкоопасные районы переброшены дополнительные силы и средства служб гражданской защиты. В Шетском районе был объявлен режим ЧС. Здесь в четырех селах подтоплено 40 домов, эвакуированы 292 человека, из них 114 детей. 

В районе Алтай Восточно-Казахстанской области, село Малеевск, силами воинской части 68303 МЧС проводились работы по очистке водопропускных сооружений, подготовлено 550 мешков с инертным материалом. 

В Павлодарской области на онлайн-обучении два учреждения Актогайского района. Это школа имени Шаяхметова в селе Шуга, где занимаются 33 человека, и среднеобразовательная школа в селе Жалаулы с 71 учеником. Всего в регионе было подтоплено 18 домов. 

Но, чтобы реально представить картину, достаточно посмотреть видео, которые размещаются в соцсетях. Достаточно трагично. 

До свидания, дом 

По данным МЧС, с начала наступления паводка службами гражданской защиты спасен и эвакуирован 14 251 человек, из них 5538 детей. В пунктах временного размещения находятся 5848 человек, из них 2222 ребенка. Из них более 960 человек пришлось эвакуировать с помощью вертолетов. Одни на время разместились у родственников, другие — в пунктах временного размещения. Трудно представить эмоции людей, в чьи дома пришла вода, смыв на самом деле прошлую жизнь. 

В Костанайской области сумма компенсации составляет 100 000 тенге на одного члена семьи. Покроют ли эти средства расходы, если придется начинать жизнь с нуля? 

Как написала в своем посте депутат Мажилиса Парламента Екатерина Смышляева, период паводков еще не завершен. Впереди — ликвидация последствий. Это прежде всего возмещение ущерба пострадавшим семьям. “Вода забирает все — жилье, вещи, скот, семена, запасы еды, топлива, разрушает инфраструктуру, заполняет колодцы, размывает дороги. Помощь будет оказана всем пострадавшим”, — уверена парламентарий. 

Депутат Сергей Пономарев отправился в Западно-Казахстанскую область, где паводок захлестнул пять районов. “55 домов подтоплено в поселке Анкаты Теректинского района, а сам поселок отрезан от большой земли. Перебираются к нему сейчас лишь по шаткому мостику. Госорганы, МЧС, солдаты Минобороны и сами жители противостоят стихии. Пострадавших разместили в местном интернате. Там сейчас тепло и хорошо кормят. Специальная комиссия в зоне ЧС подсчитает ущерб и компенсирует страшные потери на ремонт или строительство новых домов, в том числе и за скот. Дал телефон этим людям. Кстати, они не теряют силы духа. Буду контролировать выплату”, — написал он в соцсетях. 

Сколько составит компенсация от государства, пока трудно сказать, но с госслужащих начали потихоньку собирать деньги на помощь пострадавшим. Это по-нашему. 

Мнения большинства публичных людей, высказанные в эти дни, сводятся к одному: мы строим новый Казахстан, а значит, нужно переходить от принципа “пожарного реагирования” к новому принципу “превентивного реагирования”, то есть осуществления мер по недопущению возникновения чрезвычайных ситуаций. 

попова паводки (1).jpg

Можно ли было избежать? 

Предотвратить все ЧС, конечно, невозможно. Но если подтопления из разряда “плановых” ЧП, минимизировать их не только можно, но и необходимо. Как это делалось в прежние времена. Например, о подготовке Павлодарской области к предстоящему паводковому периоду говорилось еще в сентябре. По информации регионального управления по ЧС, был заблаговременно утвержден акимом области “План по подготовке области к прохождению паводкового периода 2024 года”, который включает в себя 42 мероприятия. Кроме того, утвержден “План инженерных работ”, где включено 12 мероприятий. В результате этой работы в области подтопление коснулось 18 жилых домов, не удалось избежать и переливов на автомобильных трассах. Конечно, Павлодарская область на фоне других выглядит вполне стабильно. Хотя и здешнему акиму досталось вкупе с остальными от Президента страны. 

По мнению казахстанского политика, доктора экономических наук Толеутая Рахимбекова, паводки стали бедствием для граждан страны примерно с 2010 года. 

“При этом мы говорим об участившихся засушливых годах, что крайне негативно сказывается на сельском хозяйстве, а значит, и на продовольственной безопасности страны. Парадокс: весной мы тонем в паводковых водах, а летом переживаем засуху! Причин паводков может быть две: объективная, заключающаяся в глобальном потеплении климата на планете и в первую очередь в Казахстане; вторая — субъективная, заключающаяся в серьезных недостатках в работе органов власти, особенно акиматов областей. Конечно, первая причина может иметь место, но ее вклад не такой большой. Основная причина все-таки, и я глубоко убежден в этом, основываясь на собственном опыте, в недоработках акиматов областей”, — написал он в соцсетях. 

По мнению доктора экономических наук, опираясь на Водный кодекс РК, в коммунальной собственности акимов районов или городов областного значения, а тем более акимов сел, поселков, городов районного значения водных объектов быть не должно. Между тем выяснилось, что пять крупных озер и водохранилищ в Алматинской области перешли в частные руки — к одному человеку. По словам арендатора Любови Петровой, за уровнем воды следили. 

“Нашей вины здесь практически нет. Мы ничего не могли предпринять. Буквально за 45 минут все произошло. Наш ущерб — 40 тонн рыбы ушло”, — сказала арендатор. 

Как отмечает парламентарий и эксперт в области земельного права Бакытжан Базарбек: “Когда вся страна затоплена, нужно лично инспектировать действия тех, кто присматривает за всеми озерами и водоемами одного региона и распространяет их оперативность среди населения”. А еще он написал в соцсетях, что, не говоря никому, приехал на место разрушения дамбы Ворошиловского водохранилища и не увидел чээсников. Нет спецтехники. Не увидел ничего, связанного с борьбой с последствиями ЧС. “Разрушенная стихией дамба, повсеместно разбросанные по обе стороны дамбы ее бетонные основы и ограждения. И только маленькая красная лента у обрыва говорит о том, что кто-то из сотрудников ЧС здесь был. Вот реальная картина суровой действительности”, — резюмирует депутат. 

попова паводки (3).jpg

Стоит вспомнить старый опыт? 

Кто-то разместил в Instagram маленькое объявление: нужно отозвать с пенсии специалистов, инженеров-гидрологов и других, которые разбираются в ситуации. 

Как известно, новое — хорошо забытое старое. Так может быть, пора вспомнить, что в советские времена часть паводковых вод удерживали небольшие водохранилища, которые были возле каждого села. Как любое инженерное сооружение, они имеют обыкновение подвергаться износу — дно заполняется илом, песком, начинают дренировать или пропускать воду дамбы, а в конце концов эти дамбы начинают разрушаться. 

“Более того, большая часть этих водохранилищ вообще выпала из учета. До 1991 года работы по очистке дна водохранилищ, укреплению дамб проводились регулярно. К сожалению, на протяжении 20 лет эти работы забросили. И примерно с 2010-го паводки стали в стране обыкновенным явлением”, — отмечает Толеутай Рахимбеков. 

И выход, по его мнению, из сложившейся ситуации есть. Он состоит из ряда требований: инвентаризации всех водных объектов, в первую очередь малых водохранилищ возле сел. Нужно провести обследование технического состояния водных объектов, разработать ПСД на ремонтные работы и подать заявку на выделение бюджетных средств на них. 

“Наводить порядок с водными объектами и особенно с малыми водохранилищами возле сел надо не только для противодействия паводкам. Даже наоборот — надо использовать эти малые водохранилища для сбора паводковых вод для последующего использования накопленной воды в сельском хозяйстве. Еще раз хочу напомнить об усиливающемся негативном влиянии на Казахстан глобального изменения климата, которое ведет к нарастанию дефицита воды. Напомню, что, по данным зарубежных экспертов, уже к 2040 году дефицит воды в республике достигнет 50 процентов!!! И использование накопленных паводковых вод в малых водохранилищах наряду с использованием глубинных подземных вод является спасательным кругом не только для сельского хозяйства, но и для всей экономики страны. А до 2040 года осталось всего лишь 16 лет...” — предупреждает эксперт. 

По данным МЧС на февраль этого года, по стране требовали ремонта 537 гидротехнических сооружений, восемь из них бесхозные. Более 200 плотин не имеют паспортов, и уровень их технической безопасности не определен.

Воду надо сохранить 

По мнению экономиста Айман Турсынкан, ценнейший ресурс — вода — вместо его накопления и бережной подачи на поля становится угрозой жизни и разорением сельчан весной, а в полевой сезон — предметом шантажа фермеров со стороны ресурсораспорядителя. 

“Нужны радикальная реформа и передача в концессию всех нетрансграничных ГТС эффективным частным субъектам АПК через создание агроиндустриальных зон с управлением агропромышленниками, а не квазигоспаразитами. Срочно необходимы внедрение системы мониторинга водного баланса от Министерства водных ресурсов и ирригации и ее интеграция с процессингом субсидирования системы водосберегающей ирригации МСХ”, — написала экономист в соцсетях. 

По ее мнению, именно Министерство водных ресурсов и ирригации сорвало действующие программы финансирования Исламского банка развития на 945 миллионов и ЕБРР на 136 миллиона долларов. 

“Своей халатностью, коррупцией сорвав все проекты по строительству новых и реконструкции действовавших систем ирригации, так и не внедрив единый водный баланс. Все что вы переложили нагрузку по одним неэффективным инвестпроектам, легло на всех водопользователей страны единым тарифом. Получили недофинансирование халатностью на инвестпроекты и неоплату тарифа как неподъемного там, где была всегда вода. Провалили всю программу ирригации. Развязали руки акимчикам и прикормленным ими местным распорядителям воды через водные кооперативы. Разорили фермеров, а с ними и лишили сырья агропереработчиков”, — высказала свою точку зрения на проблему Айман Турсынкан. (Орфография, пунктуация и стилистика сохранены. — Ред.) 

Впрочем, в сложившейся ситуации виновато не только Министерство водных ресурсов и ирригации. Свою руку приложили и Минэнерго — со “своим причесыванием под конкурсы на зеленый тариф прибили насмерть все малые и средние гидростанции, которые на свои средства строят ГТС энергетического и ирригационного назначения”, и Минэкологии, которое “блокирует доступ к развитию зеленой экономики”, и Министерство сельского хозяйства, которое увеличивает площадь поливных земель без воды. 

“Когда земля и вода разорваны по ведомствам и окутаны коррупционными схемами доступа к ним для фермеров, жди не беды, а страновой катастрофы”, — считает эксперт. 

Ну а пока МЧС отдувается за всех, пытаясь спасти страну от потопа, есть ли уверенность в том, что после ликвидации последствий паводков пройдет полноценный разбор полетов не только по конкретным виновным, но и институциональным условиям, из-за которых это все стало возможным? 

Источник: Новое поколение 

Средняя: 3.6 (5 оценок)