Ситуация в мире характеризуется высоким уровнем напряжённости и нарастающей конкуренцией государств. Это происходит не только в экономической и военной сферах, но и в области информационного влияния. В этих условиях вопросы противостояния индоктринации и обеспечения информационного суверенитета приобретают предельную актуальность, переходя из теоретической плоскости в практическую сферу государственного управления.

В последнее время всё чаще поднимается вопрос о роли Радио Азаттык в информационном пространстве Казахстана. Однако обсуждение, как правило, смещается в эмоциональную плоскость, тогда как на практике речь должна идти о принципах функционирования медиасреды, правовом статусе подобных структур и их соответствии интересам национального государства.

Обозначим принципиальную позицию, чтобы исключить спекуляции и подмену понятий. Речь не идёт о запрете или ограничении доступа граждан к информации, поскольку в условиях цифровой среды любая медиаплатформа способна распространять контент вне зависимости от юрисдикции. Вопрос заключается  в правомерности предоставления статуса аккредитованного СМИ и институционального доступа к государственным органам структуре, финансируемой извне и ориентированной на внутреннюю аудиторию Казахстана.

Классическая модель международных медиа строится на понятных принципах.  СМИ работает на собственную национальную аудиторию, освещая внешние процессы, либо функционирует как международное вещание, адресованное внешним аудиториям. В нашем случае cформировалась иная конструкция, при которой контент создаётся про Казахстан и для казахстанцев, в то время как редакционная политика и финансирование находятся вне национальной юрисдикции, что объективно формирует асимметрию.

Казахстан, в свою очередь, не создаёт и не финансирует медиаструктуры, которые системно работают на внутреннюю аудиторию других государств, формируя их общественную повестку. Отсутствие симметрии в данном вопросе требует отдельного анализа, поскольку наличие на территории страны внешнего медиапроекта с институциональным доступом к внутренним аудиториям и государственным каналам коммуникации напрямую затрагивает вопросы суверенитета.

Дополнительно следует учитывать, что подобные медиаструктуры не функционируют как классические рыночные игроки, поскольку их деятельность зависит от бюджетного финансирования и политических решений внешнего государства. Это означает, что речь идёт не о коммерческом СМИ, а об элементе внешней информационной политики, что требует корректной квалификации их статуса в национальной правовой системе.

Также принципиально важно зафиксировать, что аккредитация журналистов и медиаструктур не является безусловным правом, а представляет собой инструмент регулирования, позволяющий государству определять круг субъектов, обладающих доступом к официальной информации и государственным институтам. Соответственно, статус любой медиаструктуры должен соотноситься с фактическим характером её деятельности, источниками финансирования и аудиторной направленностью.

Цеховое медиа сообщество уже просто обязано начать конструктивный диалог и само сформировать прозрачные, симметричные и юридически обоснованные правила функционирования медиаполя, в рамках которых информационный суверенитет обеспечивается через ясное определение ролей, статусов и условий доступа к государственным институтам.

Специально для dialog.kz