Сама метафора «абриса» (чертежа, контура) отлично подходит для описания устройства российской власти. Ибо в современной России классическое деление на левые и правые политические фланги носит условный характер, а реальная борьба разворачивается между «партией войны/ультрапатриотами» (силовым флангом) и «прагматиками/технократами» (умеренно-либеральным экономическим блоком.Но эта боорьба не носит (пока не носит...)сколь нибудь жестокой, суперпринципиальной борьбы. Пока что внутри самой власти конкурируют закрытые элитные группировки (т.н. башни Кремля). Это отчасти напоминает ордынскую схему, с тем лишь отличием, что в золотордынских шатрах конкурировали родичи.  

Силовой фланг / «Ультрапатриоты» ( Z-блогеры, радикально-государственные круги, часть военного руководства).

Цели: Тотальная милитаризация экономики и общества, продолжение жесткого противостояния с Западом, бескомпромиссные действия на фронте, чистки в элитах и ужесточение внутренней политики.

Методы: Публичное давление через Telegram-каналы, критика «недостаточной жесткости» властей, требование мобилизационных мер.

Технократы / «Прагматики» (экономический блок правительства, руководство Центробанка, часть крупного бизнеса):

Цели: Сохранение макроэкономической стабильности, адаптация финансовой системы к санкциям, предотвращение глубокого экономического кризиса.

Методы: Кулуарное лоббирование, расчет рисков, сдерживание совсем радикальных экономических идей со стороны силовиков.

Системная оппозиция (КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия»):

Формально занимают левый и национал-патриотический фланги, но полностью встроены в вертикаль власти. Реального самостоятельного влияния на принятие стратегических решений не имеют, конкурируя лишь за второстепенные электоральные ниши.

Несистемная (демократическая) оппозиция:

Находится вне легального поля, частично в эмиграции или подвергнута жестким репрессиям, из-за чего полностью лишена рычагов влияния на решения руководства страны.

Какой фланг имеет большее влияние на Кремль? Наибольшим и определяющим влиянием на Кремль обладает силовой и государственнический консервативный блок, задающий общий геополитический и идеологический тон.

Почему доминируют силовики и «партия войны»?

Принятие ключевых стратегических и внешнеполитических решений замкнуто на военно-политическую конъюнктуру. Кремль объективно зависит от эффективности силовых структур и военных действий, что дает этому флангу мощный субъектный вес.

Роль технократов. Экономические прагматики сохраняют функциональное влияние (без них невозможна работа финансовой системы и бюджета), однако их роль носит вторичный, обслуживающий характер. Они могут смягчать последствия санкций и тормозить откровенно разрушительные для экономики инициативы, но определять стратегию государства они не могут.

Владимир Путин старается выступать (делает вид?)  над этими группами в роли арбитра, балансирующего между необходимостью вести масштабное противостояние (опираясь на силовиков) и сохранять жизнеспособность государства (опираясь на технократов). Но как показывает действительность, особенно после громокого совета казахстанского президента (который явно похож на коллективный месседж, а не только личное пожелание К-Ж.Токаева)  пойти на  заморозку военных действий, т.е. готовится к мирным переговорам, Кремль со своим хозяином  не склонен останавливать СВО даже на минимальное время.

Поэтому слабый «слушок» о переговорах, который в последнее время проскользнул большей частью в зарубежных относительно России  масс-медаиа и с осуждением в российских  -  никого не обнадежил. И теперь уже ясно почти окончатиельно, что  Россия твердо придерживается доктрины  «до победного конца». И как будет выглядит «послевоенная» политическая ситуация, кроме потери Украиной двух, как минимум, областей, и, как в конце концов, должна завершится изнуряющая СВО, мало кто может объяснить хотя бы «вполовину».